Чайная параферналия №278

Чайные кейсы и анонсы россыпью №13

В гонконгских новостях наткнулся на материал, посвященный китайской компании Цзинь Фэн Хоу (晉豐厚), головной офис которой находится в Аньхуа, в Хунани. И которая специализируется на темном чае, том самом, который Аньхуа Цзинь Хуа. И который она в прошлом продавала в том числе и в Россию. Компания «Цзинь Фэн Хоу» была основана в 1810 году — так что золотой век русско-китайской чайной торговли она вполне себе застала. Так вот. В этом гонконгском материале, кроме всего прочего, сообщается, что у компании Цзинь Фэн Хоу есть офис в Иркутске. Следов которого я обнаружить не смог. Не то чтобы мне очень надо — но если вдруг у кого есть информация об этом офисе, дайте знать, пожалуйста.

В тайваньских новостях прочел о проекте Фэн Ци Сяо Си (風起小喜), который работает в Тайнане и вырос из парикмахерской. Там вот какое дело. Хозяйка одной местной парикмахерской любила чай и всем клиентам своего заведения предлагала чаепитие, причем не на уровне виски в барбер-шопе, стакан в руки и не отсвечивай, — а с чувством, с толком и с расстановкой. Потом она сгоняла в Японию, подучилась там чайной церемонии, потом пошла учиться к тайваньскому чайному мастеру — и, в итоге, в добавок к парикмахерской открыла еще и чайную. Не прекратив подавать чай гостям и в парикмахерской. Идея совместить стрижку с чаем мне лично кажется очень перспективной. Важно только чтобы волосы в чай не летели. Стакан с виски можно телефоном накрыть. А с чаем так не получится, нужно что-то другое придумывать.

Парочка послеобеденных анонсов, если позволите. Давно не было. В одном из ресторанов Всемирного центр отдыха Уолта Диснея — того, что самый большой и во Флориде — запустили послеобеденное чаепитие по мотивам «Алисы в стране чудес». Вроде как совершенно банальная тема для Диснейленда и совершенно заезженная для послеобеденных чаепитий. Но, судя по картинкам, у американских коллег получилось все очень легко и симпатично. Посуда красивая, система демонстрации чая — отличная, этажерка с закусками миленькая. Ну и шляпы безумного шляпника с матчей прекрасны, конечно. Зеленые и цилиндрические. Ну а в Stadium City Hotel в Нагасаки выкатили послеобеденное чаепитие в рафинированном японском стиле. О нем я даже говорить ничего не буду, там надо картинки смотреть. Убедительно получилось. 

В очередной раз попалось на глаза японская работа, в которой описаны результаты исследования антиоксидантных свойств четырех японских темных чаев — авабанча, батабатача, гоишича и ишидзучикуроча (я их привык через «ча» писать, а не через «тя», уж извините). Работа эта была опубликована в 2016 году, я с ней уже как-то работал. А обратить внимание на нее хочу потому, что в ней есть схема технологических этапов производства всех четырех перечисленных чаев. Со стрелочками и прямоугольниками, как мы любим. Японские темные чаи — тема, конечно, специфическая. Но если они вам вдруг интересны, милости прошу под ссылку.

Китайские ученые разработали методику генной модификации чайных растений, в результате применения которой была увеличена экспрессия l-теанина. Причем в разы увеличена — при коррекции одного гена более чем шесть раз, при коррекции другого гена — более чем в двадцать раз. Мощно, чего уж там.

На Тайване, в Тайдуне, с 2019 года работает проект 女兒不懂茶, Ню Эр Бу Дун Ча — это название переводится как «Моя дочь ничего не понимает в чае». Это чайные пространства и магазины, маркетинговый концепт которых чем-то похож на то, что у на одно время называлось «Чай без церемоний» или там «Чай по-простому, для тех, кто не хочет заморачиваться». Там продают и подают чай в винном и кофейном стиле, с дескрипторами и колесами вкусов — типа так молодежи понятнее. Я лично в этом сомневаюсь — но, безусловно, тупить в разноцветные кружки клиентам намного комфортнее и солиднее, чем разбираться с чайными впечатлениями самостоятельно и под сбивчивые рассказы погруженных в чай людей.

Коллеги из World Tea News еще в минувшем октябре опубликовали третий материал из цикла, посвященного австралийским чайным проектам (вот первый, а вот второй). Речь там идет о тасманском проекта Tassie-T — когда-то давно я о нем рассказывал. У Tassie-T есть очевидная для проектов такого рода, но все равно очень приятная фишка. Они ароматизируют некоторые свои чаи местными растениями, в первую очередь — тасманским перцем. Толковый подход для локальных проектов, которым сложно конкурировать с магистральными чайными темами не экзотичностью и сувенирностью, а вкусом.

Виктор Енин проанонсировал отправку в Москву готового чайного ростера «Бутономешалка». Это тот самый ростер, который разработали Антон Бехтер и Александр Жиряков, модели Алеант 1525. «Бутономешалка» — это, я так понимаю, название ростера, разработанного специально для «Чайной Высоты». Там уже экспериментировали с ростерами — и можно не сомневаться, что новая модель будет работать, как заведенная. И снабжать всех желающих свежеобжаренным чаем.  

Вэнь Хуэй Ту, «Собрание литераторов», первая часть

Тайваньские коллеги из чайного музея в Пинлине опубликовали короткий пост с коротким же описанием трех китайских чайных картин — «Собрание литераторов», «Размалывание чая» и «Чайные состязания». И этот пост — отличный повод в очередной раз обратить на эти картины внимание.

Я практически не сомневаюсь, что каждому человеку, более или менее интересующемуся китайским чаем, эти картины или хотя бы их фрагменты на глаза попадались. Но отдельного и пристального внимания они удостаиваются редко — я думаю, из-за сложности их лобовой интерпретации. Одно дело — разбирать «Купчих за чаем». Этим картинкам хоть и сто лет уже, но там все свое, родное и понятное. Хочешь, просто любуйся. Хочешь — реконструируй с разной степенью тщательности. И совсем другое дело — картины танских, сунских или минских времен. Которые, даже в случае хорошей сохранности и даже интересующийся чаем человек может описать только в стиле «человечки в странной одежде сидят за странным столом, а рядом с ними бегает собачка».

За последние несколько лет, впрочем, ситуация заметно изменилась. Интерес наших китайских чайных братьев к творческой реконструкции древних китайских чайных традиций повысил «насмотренность», так сказать, старых чайных стилей. И позволяет теперь при изучении старинной китайской чайной живописи понимать ее чайные сюжеты чуточку проще.

К изучению чайных сюжетов в китайской живописи подключились и российские искусствоведы. Прямо сейчас, например, на «Киберленинке» можно прочесть интересную статью Одиноковой Полины Сергеевны «Чайная тема в китайской живописи на свитках эпох Тан, Сун и Мин: жанровые и сюжетно-композиционные особенности, иконографические схемы». В которой, среди прочего, разобраны упомянутые выше картины «Размалывание чая» и «Чайные состязания».

Я, возможно, по этим картинам тоже потом пробегусь. Но сейчас хочу обратить внимание на «Собрание литераторов» (Вэн Хуэй Ту, 文會圖), которая в статье Одиноковой только упомянута. Я думаю, что связано такое «только упоминание» с тем, что с чайной точки зрения картина «Собрание литераторов» достойна отдельного разбора.

«Собрание литераторов» — это вертикальная картина размером 124 на 184 сантиметра. Картина написана на шелке, ее появление на свет связывают с Чжао Цзы, который жил с 1082 по 1135 год. В настоящее время картина хранится в Дворцовом музее в Тайбэе. И внесена в список национальных сокровищ Китая. Композиционным центром картины является большое дерево. А содержательным — два стола. За одним — большим, квадратным и под деревом — сидят, едят и пьют придворные литераторы. За вторым — маленьким и на первом плане — несколько человек готовят для этих литераторов чай. Таковы общие формальности.

Самое интересное (с чайной точки зрения, конечно) в «Собрании литераторов» — в деталях. 

Но прежде чем рассказывать об этих деталя, совершенно необходимо отметить, что Чжао Цзы, с которым, повторюсь, связывают появление на свет «Собрания литераторов» — это восьмой император династии Северная Сун. И обычно его называют не личным именем (Чжао Цзы), а именем династическим — Хуэй-цзун. Правителем он, судя по всему, был не особо вовлеченным, не очень умелым и совершенно не удачливым. Но человеком при этом был талантливым. И делам государственным явно предпочитал занятия артистические. Полагая, вероятно, что красота спасет мир.

Чжао Цзы отметился как даос, художник, поэт, каллиграф, коллекционер, меценат и большой ценитель чая. Он написал книгу о чае «Да Гуань Ча Лунь» (大观茶论, «Суждения о чае времен Дагуань»), устраивал придворные чаепития и чайные состязания. Можно сказать, пожалуй, что при нем чайная культура в Китае достигла своего первого расцвета. Ну то есть «Собрание литераторов» — это не просто картина. Это, если так можно выразиться, парадный портрет чайной традиции династии Сун. Который, как принято считать, написали придворные художники Чжао Цзы и по его распоряжению.

Ну а теперь — детали!.. Нет, не теперь, в другой раз.

Мы рождены, чтобы сказку сделать былью

Наткнулся в очередной раз на ланкийский проект Herman Tea, который занимательно торгует чаем в коробках, похожих то ли на книги, то ли на коробки с дисками. И флагманским чаем которого является Virgin White Tea. В данном случае правильно будет перевести это название как «нетронутый чай». Нетронутым этот чай является потому, что, согласно их мощной концепции, первым, кто прикоснется к этому чаю (руками или губами) будет его потребитель. Собирают его в перчатках, при производстве и упаковке голыми руками тоже не трогают — все очень заморочено, короче. И с рассказами о том, что примерно таким способом делали чай для китайского императора 4000 лет назад. Только там чай еще и девственницы собирали. Император мог себе позволить, чего уж там.

И вот я о чем подумал. Как бы было здорово сделать парк чайных аттракционов, в котором были бы реализованы все самые мощные чайные легенды, независимо от их правдивости.

Ну то есть ты туда заходишь — а там сразу сертифицированные девственницы или ловко изображающие их аниматоры собирают с песнями чай, озорно поглядывая на костюмированного императора, который ходит среди чайных кустов и накрывает их красными халатами. А на другом конце плантации чай собирают дрессированные обезьяны — причем так, что дойдя до конце плантации, они могут возвращаться на ее начало, потому что там чайные листья уже опять наросли. А с самого краешку этой плантации тырит чайные кусты Роберт Форчун. Тоже костюмированный.

И чтобы сразу за кустами молчаливые и сосредоточенные мужчины копали ямы под пуэр. А рядом с ними стояла бы автомобильная цистерна с надписью «Молоко для полива чайных кустов» — этим мужчины займутся после обеда.

А за цистерной — небольшой склад, засыпанный чайной пылью. Которую бойкие женщины подметали бы с пола, смешивали бы с пылью уличной, с дороги — и фасовали бы по пакетикам.

Потом чтобы была торговая зона — и там бы за одним прилавком можно было бы обменять полученный при входе опий (включен в стоимость билета) на серебро. А на другом прилавке купить за это серебро чай. И чтобы тот торговец, который этот чай продает, кричал бы «Бай Хоа! Бай Хоа!»

А среди торговых рядов поставить небольшую сцену и большую емкость с заваренным ГАБА-чаем. Чтобы каждый мог его выпить и прочитать со сцены стихи, возникшие в результата расслбленной стимуляции творческих и умственных способностей.

Немного в стороне нужно посадить рыжего мужика, который в гневе будет вырывать себе брови. Можно и веки, конечно — но лучше брови, иначе рыжих не напасешься. Брови будут собирать Байрон с супругами Шелли — чтобы делать из них монстра Франкенштейна, который явился им в видениях духовного содержания необычайной яркости после употребления зеленого чая. А рядом с ними нужно разыгрывать сценку с четвертованием императорских родственников, решивших немного поторговать желтым чаем. И на все это дело должен взирать Черчилль, курящий Лапсанг Сушонг. И — с хитрым прищуром — Ленин, пьющий чай из стакана с подстаканником в компании с кустодиевской купчихой, парочкой бородатых извозчиков с блюдцами и самоваром.

Ну и там еще разное, по мелочам. Исцеляющиеся больные, скучающие герцогини с сэндвичами, королева Виктория, запивающая Пэн Фэн Инглиш Брекфастом. И чтобы на нее при этом, в перерывах межды глотками чифиря из консервной банки, поднимал нечитаемый взгляд старый сиделец и говорил с непонятной интонацией: «Да, дочка… помотала тебя жизнь». Сэн-но Рикю, исполняющий харакири, Акутагава Рюноскэ, водящий пальцем по дну чашки с обратной стороны, шведские тюремщики, наливающие чай и кофе двум почтенным старичкам в тюремных робах. И истово крестящиеся при виде этого староверы, шепчущие в ужасе: «Кто чай пьет — от отчаивается от Бога»… 

А на окраине парка — огромное, до горизонта, поле цветущего иван-чая. И чтобы на его краю горели фашистские танки. Попытавшиеся было раздавить иван-чай, но получившие гранату. Ибо нефиг.

Социальная функциональность чая

Некоторое время назад, рассуждая о функциональности чая, я договорился до того, что считаю повышенное внимание к этой функциональности верным признаком отсутствия любого другого интереса к чаю. В первую очередь — гастрономического. Проще говоря, если человек ищет в чае здоровье или состояния, то, с большой степенью вероятности, вкус и аромат чая его особенно не привлекают.

Если рассматривать чай как вкусовой продукт — а сам я к нему отношусь, большей частью, именно так — то такой подход, от здоровья и состояний… ну пусть будет «чаепротивен». И достоин всяческого порицания.

Однако на функциональность чая можно посмотреть и с другой стороны. Со стороны не персональной, а социальной функциональности. Смотреть на чай с этой стороны я, если позволите, начну издалека.

Я тут намедни прошелся по списку тех чаев, которые наши китайские коллеги включили в юнесковскую заявку на присвоение китайскому чаю статуса объекта всемирного культурного наследия. И просмотрел статьи на Baike.Baidu по большей части чаев из этого списка. И знаете, что обнаружил? Во всех статьях, посвященных хорошо известным китайским чаям, есть функциональный раздел. Или раздел про пищевую ценность, так или иначе сводимый к пользе для здоровья.

Дахунпао, Тегуаньинь, Лунцзин, Хуаншань Маофэн, Тайпин Хоукуй, Билочунь, Аньцзи Байча, Синьян Маоцзянь, Эньши Юйлу, Цихун, Дяньхун и прочие чаи описаны не только исторически, культурно и технологически — но и функционально. И белые, желтые и темные чаи от них тоже не отстают. 

Конечно, Энциклопедия Байду — это не специализированный чайный ресурс. Конечно, для известных чаев просто существует больше информации о полезности, потому что их больше изучают. Но все равно немного странно.

Дело в том, что если мы рассматриваем функциональность чая исключительно как маркетинговый или компенсаторный инструмент, то самым известным китайским чаям она вроде как и не нужна. Дахунпао, Тегуаньинь, Лунцзин, Пуэр и иже с ними и без того сильные бренды. Понятно, что рекламы много не бывает и что усилить сильное никогда не помешает. Но, повторюсь, если смотреть на функциональность чая как на рекламу и компенсацию, все равно получается какая-то нестыковка. Было бы логично напирать на функциональность не очень известных чаев, а условный Дахунпао и так знаменит… Это, конечно, рассуждения на уровне анекдота про то, кто идет в баню — грязный или чистый. Но в первом приближении сойдет.

Если рассматривать потребление чая с индивидуалистической позиции — то есть полагать, что ценность потребления чая — это ценность его потребления конкретным человеком — то весь оздоровительный чайный маркетинг выглядит глупо. Потому что чай, с точки зрения его влияния на здоровье конкретного человека, не очень эффективен. Я бы даже сказал, что при таком подходе оздоровительный чайный маркетинг вреден — потому что потакает лени, жадности и невежеству. И, возможно, мешает реальной работе со здоровьем.

С индивидуалистической позиции главная ценность потребления чая лежит в гастрономической и гедонистической плоскостях. Мы пьем чай для удовольствия. Это честно и красиво. А тот, кто пьет чай для здоровья, занимается самообманом. Все просто.

А теперь давайте на минуточку дополним индивидуалистический подход к потреблению чая подходом социальным. И введем такое понятие, как ценность потребления чая для общества. Гастрономический гедонизм при таком подходе свою ценность сохраняет — но эта ценность переходит в экономическую и культурную плоскости, в ней почти нет социальной ответственности. Можно, конечно, выстраивать конструкции типа «я пью хороший чай и развиваю чайную культуру» или там «я пью вкусный чай, получаю удовольствие и в хорошем настроении и отдохнувшим возвращаюсь к работе». И в них даже есть рациональное зернышко. Но маленькое. И вырастает из него часто хрен знает что.

А вот польза употребления чая для здоровья — какой бы они ни была, хоть прямой (хотя бы на уровне облегчения симптомов простуды), хоть субститутной (возникающей при замене чаем алкоголя и сладких напитков), хоть компенсаторной (когда чай хоть немного компенсирует употребление нездоровых продуктов) — с социальной точки зрения является безусловной ценностью.

Можно даже сказать, что польза чая для здоровья является его единственной значимой потребительской ценностью с социальной точки зрения. Персональная гедонистическая гастрономия на этом фоне — это так, фигня и бантики. А вот возможные масштабные и долговременные профилактические и оздоровительные эффекты — это реально важные и значимые вещи.

При таком подходе особое внимание к полезности знаменитых чаев со стороны наших китайских коллег становится совершенно рациональным. Тегуаньинь, Дахунпао, Пуэр и прочие Тайпин Хоукуи — это флагманы. Они отвечают за всю чайную культуру, значит они должны быть самыми-самым. В том числе — и самыми полезными. 

Ну и да. С социальной точки зрения честный оздоровительный чайный маркетинг должен выглядеть вот так.

Вот Сы Цзы Чунь. Он вкусный, конечно. А еще его аромат при насморке немного помогает. Будет чутка полегче. Может вы тогда не станете врача вызывать. А это — снижение нагрузки на социальную систему и уменьшение очередей в поликлиниках. Разумный выбор.

А это вот Лунцзин. Знаете, есть исследования, по которым выходит, что регулярное и длительное употребление чая снижает риск развития деменции. Едва ли ваш интеллект и рассудок представляют какую-то ценность, конечно. Но, с другой стороны, если вы не впадет в маразм то, опять же, снизите нагрузку на социальную систему. А освободившиеся ресурсы можно будет потратить на то, чтобы талантливого мальчика из далекой деревни на математическую олимпиаду свозить. Так что берите, конечно.

Продажи попрут. Можно не сомневаться.

Воспоминания о Тхай Нгуене

Во вьетнамских новостях нашел интересный материал, в котором некий мощный старик делится своими чайными воспоминаниями. Причем первые из этих воспоминаний относятся к 1958 году, когда автор воспоминаний впервые познакомился с зеленым чаем Тхай Нгуен. Ну то есть старик действительно мощный.

Герой материала, как я понял, специально чаем не занимался, воспоминания его носят житейский характер — и этим особенно интересны. Я весь материал пересказывать не буду, он на русском, если что, прочтете сами. Но несколько классных моментов приведу, немного подправленными цитатами.

«Не знаю, когда это началось, но в меню магазина добавили еще один пункт: чай в чайнике. Это был не предварительно заваренный чай; вместо этого покупателям предоставляли чайник и чашки, небольшой пакетик чая, завернутый в газету, и термос объемом 2,5 литра. Покупатели могли заварить его сами, регулируя крепость по своему вкусу… Поговорка «Один чайник чая, три термоса воды» — она, наверное, родом из Тхай Нгуена».

«Господин Дам заваривал чай для своих гостей. Когда он открыл пробку из бананового листа бамбуковой трубки с чаем, оттуда донесся нежный аромат, распространившийся по всему дому. Господин Дам объяснил, что сухие чайные листья легко теряют свой аромат и очень чувствительны, поэтому их нужно хранить вдали от других предметов с сильными запахами. Поэтому, осторожно пересыпав чай ​​из трубки в чайник, он сразу же закрыл крышку и убрал чай на чердак».

Аромат чая, кстати, потом немного подвел героя воспоминаний. Во времена, когда перевозить чай с одного место в другое в личной клади было запрещено, он вез небольшой пакет чая в поезде домой. И его, простите за такой термин, замели. Когда после короткого допроса чай был конфискован, герой поинтересовался у инспектора, как тот догадался о контрабанде чая. Которого было немного и который был спрятан среди прочей поклажи. А инспектор ответил, что сначала почувствовал аромат чая, понял, что кто-то его везет и предложил пассажирам сознаться по-хорошему. А потом заметил, что один из пассажиров лицом переменился — и все сошлось.

Отличные воспоминания, короче.

В них, кстати, достаточно подробно описано кустарное производство зеленого чая. И это описание хорошо, на мой взгляд, тем, что показывает, насколько приготовление чая может быть интегрировано в повседневность крестьянского хозяйства. Утром суп варим на всю семью. Днем — чай делаем. Все привычно. 

Я уже неоднократно писал об этом — и не только я, конечно. Но повторюсь. Хорошо понимать чай как сельхозкультуру и как продукт помогают два навыка. Навык работы на земле — хоть в саду, хоть на огороде. И навык приготовления пищи. Причем хорошо бы, чтобы эти навыки были не развлекательными, на уровне «у меня есть альпийская горка» или «я могу запечь заранее замаринованную свиную рульку в духовке», а длительными, занудными, повседневными и для достаточно большой семьи. А уж если есть навыки масштабного домашнего консервирования, типа квашения капусты, то это вообще отлично. Такие навыки заставляют быть рациональным. 

Наличие таких навыков, конечно, никого не сделает чайным технологом. Но вот понять, почему все традиционные и доиндустриальные чайные культуры оперируют преимущественно зеленым или темным чаем, помогут.

Зеленый и темный чай в кустарном производстве позволяют обойтись процедурами, не особенно выходящими за рамки обычных процедур приготовления пищи. Ключевой технологический этап — обжарка чая в условном воке — мало чем отличается от обычной жарехи. Разведи правильный огонь, закидывай в вок чайные листья потихоньку, перемешивай, следи за состоянием, вовремя вынимай. Требует навыка, конечно — но ничего экстраординарного.

А вот приготовление других видов чая уже требует более специализированных навыков, пространства и, часто, специфических инструментов. Поэтому пусть ими занимаются специально обученные люди и в специально отведенных для этого местах. А дома и для себя мы будем делать зеленый чай. Ну или темный. Его в бамбуковые чушки забил, за печку закинул — и пусть себе доходит. Тоже никакой мороки.

Чайное вино

В научных новостях наткнулся на работу китайских специалистов, посвященную повышению эффективности дрожжей при производстве чайного вина — и решил сказать о чайном вине пару слов.

Тут вот какая заковыка. Чайное вино как продукт является штукой немного неопределенной. Термином «чайное вино» могут обозначаться очень разные с технологической точки зрения напитки. Которые при этом могут занимать одну потребительскую нишу. Не очень понятно, да? Сейчас попробую объяснить.

Для начала давайте исключим из рассмотрения множество разных алкогольных напитков, включающих в себя чай в том или ином виде, но под определение вина не очень попадающих. Это пиво, в которое чай был добавлен хоть при варке, хоть перед розливом. Это разного рода крепкий чайный алкоголь — от чайных дистиллятов до крепких настоек. Ну и всякие ликеры тоже из винного списка вычеркнем. Не говоря уже о чайных слабоалкогольных коктейлях в западном стиле — как с газом, так и без.

После такой чистки рядов право носить гордое название «чайное вино» сохранится только за двумя типами напитков.

Первый тип — это виноградное вино с добавлением чая. Такого вина — белого обычно — на рынке вагон. В том числе и на китайском. Причем как тихого, так и с пузыриками. Замечу на всякий случай, что речь идет не чае, продаваемом в бутылках и в винном стиле, который вообще без алкоголя. А именно о вине, в которое добавили чай. Для вкуса и — такое иногда тоже бывает — возможности использовать оздоровительный маркетинг.

Вариацией на тему виноградного вина с добавлением чая является виноградное вино (тоже обычно белое), настоянное на чае. Возможно даже, такие чайные вина можно выделить в отдельный тип — но для этого нужны статистические основания, а данных о том, сколько таких вин на рынке, у меня нет. Поэтому пусть они тоже пока побудут в теме «вино с чаем». 

Второй тип — это напитки, полученные в результате брожения чая с чем-либо сладким. Результатом такого брожения в самом простом случае станет банальная бражка. Причем изготовить ее можно дома, чем и промышляют любители кондового домашнего виноделия по всему белому свету, от Нигерии до Великобритании. Используя спитые чайные пакетики, сахар и хлебопекарные дрожжи. Все под рукой, очень удобно.

Ну а в непростых случаях может получиться что-то более сложное и дорогое. Как, например, у китайской компании Sanxun Tea Wine, которая смешивает приличный чай с фруктовыми соками, сбраживает все это дело и результат разливает по бутылкам. 

Напитки первого и второго типа реально разные. Первый тип — это микс виноградного вина и чая. Второй тип — это продукт брожения чая с чем-то сладким. Чайным вином можно называть каждый из этих напитков, хотят смысл в этом названии у каждого из типов технологически будет принципиально разным. В первом случае чайное вино — это вино с чаем. Во втором случае чайное вино — это вино из чая.

При этом оба этих напитка являются слабоалкогольными и, чаще всего, сладкими. И с выраженной фруктовостью во вкусе. Хоть виноградной, хоть какой-либо еще. А еще они почти всегда продаются либо с явной декларацией о пользе для здоровья, либо с намеком на такую пользу. Так что с точки зрения потребителей чайные вина разных типов отличаются между собой не принципиально, на уровне различия вкусов в рамках одной линейки какого-либо продукта. Бывает чай бергамотовый, а бывает ванильный. Бывает чайное вино виноградное, а бывает — яблочное. Делов-то.

Говорят, что чайное вино — в любом смысле этого термина — постепенно набирает популярность. И что рынок таких напитков в том же Китае растет быстрее, чем рынок традиционного вина и традиционного чая. Что, с учетом ничтожности рынка чайного вина, совершенно не удивительно. Основным потребителем чайного вина в Китае называют осознанную и трендовую молодежь.

Что, конечно, тоже совсем не удивительно.

Академия чая Малены Мельниковой

Наткнулся намедни на сайт Академии чая Малены Мельниковой и на запрещенный инстаграм самой Малены Мельниковой. И там, в запрещенном инстаграме, кроме всего прочего, продается чайная церемония за полторы тысячи долларов. Причем продается с ремаркой «Самый дорогой чайный мастер в мире».

Все это — и сайт, и соцсети, и декларации про самого дорого мастера — настолько нарочито, что невольно начинаешь сомневаться в подлинности всего увиденного и услышанного. Если бы я лет двадцать назад создавал виртуальную чайную личность, то, возможно, сделал бы что-то подобное, в таком же позитивно гламурном стиле. Но так стилистически безупречно у меня бы получилось едва ли. Сейчас же тот стиль, в котором работает Академия чая, мне уже совершенно чужд, даже как прикол. А интервью Малены Мельниковой, где она рассказывает о своих чайных подходах и о том, что чаепитие — это встреча с собой, я даже досмотреть не смог. Но это мои проблемы, конечно. 

Так что давайте отнесемся ко всему этому серьезно и разберем чайную движуху Малены Мельниковой как кейс. Начав с самого интимного. С денег.

Самый дорогой чайный мастер в мире, часовая чайная церемония у которого стоит 155000 рублей — это, конечно, полная ерунда. По собственному опыту — который, конечно, не всеобъемлющ, но богат — могу сказать, что бывают и целые ниши, и отдельные заказы, в которых такие суммы — это стартовый уровень гонорара для чайного специалиста за несколько часов работы. Стартовый и только гонорара, повторюсь. Без учета билетов, гостиницы, командировочных и всех расходов на организацию чаепития. 

Да и банальные послеобеденные чаепития не всегда стоят 50-100 фунтов с человека. Предложения выпить чаю за 1500-2000 долларов время от времени всплывают то в Нью-Йорке, то в Дубаи. А иногда и за 3000 долларов — если туда дорогое шампанское включат. И там можно вообще в полчаса уложиться.

Но, безусловно, на фоне предложений типа «Участие в чайной церемонии — 1000 рублей» чайная церемония за 155000 рублей привлекает некоторое внимание. Тут не поспоришь. При этом относительно высокая стоимость чайных церемоний у Малены Мельниковый — это не только цена. Это еще и один из главных маркетинговых инструментов проекта. Который работает сразу в двух плоскостях.

Во-первых, на неподготовленную в чайном плане публику такой заход производит впечатление по принципу «чем дороже, тем лучше». Что там с чаем, чаепитиями и обучением на самом деле, сказать очень сложно — в описаниях церемоний конкретные чаи не указываются. Сообщается только, что чай хороший. Но для похода «хочу за свои деньги все самое лучшее» это нормально, как вы понимаете. 

Во-вторых, высокая цена запускает схему, при которой заплативший заметные деньги за чаепитие клиент просто вынужден становиться единомышленником проекта. Иначе он сам себя будет лохом ощущать. Вместе эти «во-первых» и «во-вторых» образуют гремучую смесь и обеспечивают проекту некоторое количество восторженных поклонников. Одни уже потратились и оправдываются. Другие — завидуют, потому что тоже хотят «чем дороже, тем лучше».

Все это не значит, кстати, что для того, чтобы стать как Малена, достаточно выкатить высокий ценник и как-либо престижно себя обозначить. Чтобы все это сработало, нужно соблюсти одно маленькое условие. О котором — позже.

Остальные темы проекта — агрессивное самопозиционирование, заходы к чаю через духовность, личностное развитие и консумацию, хорошая осанка, эффектные формулировки типа «архитектуры чайной церемонии» или «чайного театра» — флёр дорогой услуги отлично поддерживают. Да, опять же, исключительно для неподготовленной в чайном плане аудитории. Но такова целевая аудитория проекта, так что все это можно занести проекту в маркетинговый актив. Да и безотносительно аудитории «чайный театр» — это хороший концепт. Реализован он, кажется, в конкретном проекте слабенько — но это уже мелочи и детали.

Короче говоря, Малена работает по бизнес-схеме, в чае хорошо известной, неоднократно и на разном уровне реализованной и вызывающей, скажем так, противоречивые ощущения. Среди которых, возможно, будет и ощущение того, что так-то любой сможет.

И вот тут как раз и прячется главная поучительность этого проекта.

Нет. Любой так не сможет. Для того, чтобы такой проект заработал, нужны не только изрядные ресурсы. Нужен определенный круг общения, фактически — развитая клиентская база. Уже существующая до запуска проекта. Ну то есть Малена продает всякое околочайное не в пустоту, а подогретой тусовке. Когда ее клиентам чай надоест, нужно будет предлагать им что-то новое. Выращивание детей по оригинальной методике. Крафтовую бижутерию. Авторскую гимнастику для волос. Плавание с дельфинами. Не важно. Главное, чтобы было дорого и богато. Ну или нужно обеспечивать постоянный приток в проект неофитов — это тоже сработает, тогда можно от чая и не уходить.

Основной целью этого проекта, на мой взгляд, является не заработок на чае тем или иным способом (хотя он не исключен, конечно, и может быть очень неплохим). А именно развитие активной аудитории, ориентированной в своем потребительском поведении на владельца проекта. А чай в данном случае — это всего лишь один из инструментов развития личного бренда. И как инструмент самопрезентации чай в рамках проекта, судя по открытым публикациям, используется достаточно эффективно. Для своей целевой аудитории, повторюсь. Ценящей чайные метакарты.

Интересный кейс. Буду на него поглядывать время от времени. Я много разного чайно-гламурного видал. Но давно. И уже даже забывать начал немного про такой стиль работы — демократичные решения в чае меня сейчас увлекают гораздо сильнее. А тут такое роскошное напоминание.

Фидбэк и поддержка рублем

Eсли не сложно, выделите, пожалуйста, галочками, те новости, которые оказались для вас наиболее интересными. Нам это поможет сделать «Параферналии» еще более качественными. 

Ну и, конечно, еще более качественными поможет сделать «Чайные параферналии» ваша поддержка рублем и ваше доброе слово. Все для вас, спасибо за внимание, хороших чаепитий, удачи!

---

Ежедневные чайные новости в Telegram и в Max.