Чайная параферналия №289

Чайные кейсы и анонсы россыпью №24

Начну с плотных фестивальных новостей. С 1 июня в Москве начал работу очередной фестиваль «Ледяной московский чай». В этом году в движуху вписались более четырехсот московских кафе и ресторанов, которые выставят пред светлы очи почтеннейшей публики более тысячи вариантов разных холодных чайных напитков. В предстоящие выходные, 13 и 14 июня, будет работать чайный фестиваль в Париже. С шестью павильонами, представительным составом участников, круглыми столами, дегустациями и «Мойчаем». Или «Моимчаем». А 18 июля в Москве будет работать фестиваль «Чаю Мир». С чайными дегустации, экстатическими танцами, аутентичными мастер-классами, телесными практиками, поэтическими перформансами, «Моимчаем» и легкой доминантой женской энергетики, судя по тому, что организует фестиваль проект Yoni Fest. Впрочем с лингамами на чайный фестиваль тоже будут пускать.

Китайские ученые отчитались об идентификации ароматических соединений, которые отвечают за ноты батата и меда в аромате черных уишаньских чаев. Я за эту — довольно типичную для последнего времени — работу зацепился именно из-за батата. В наших сенсорных словарях батат для описания аромата чая практически не используется. Несмотря на доступность батата, в нашем сенсорном бэкграунде его нет. Поэтому и проводить аналогии с ним бесполезно. А китайские коллеги бататовые ноты по ароматическим составляющим раскладывают… В каждой избушке — свои погремушки, чего уж там.

Российские профильные и не очень сайты продолжают писать об игристом чае. Тренд есть тренд, ничего не поделаешь, надо отрабатывать. Одной статьей отметился сайт «Гастрономъ» — в ней все больше о крафтовых чайных газировках. Второй статьей отметился «Новороссийский рабочий» — и в ней речь идет о чайных газировках от «Абрау-Дюрсо» и дороговизне чая для трудящихся всех стран. Интересно будет посмотреть, как будет себя чувствовать игристый чай в России следующим летом. У меня лично прогнозов никаких. Но самому игристому чаю я, в принципе, сочувствую и желаю удачи.

В австралийских новостях увидел упоминание Лорейн Эллиот (Lorraine Elliott), гастрономического блогера, которая много пишет о подаче чая в австралийском общепите. Подборке ее чайных материалов уже почти двадцать лет. И смотреть на то, как менялись австралийские чаепития, в том числе и в рамках одного заведения, действительно интересно. Визуальный прогресс очевиден — закуски к чаю сейчас выглядят намного привлекательнее, чем в условном 2008 году. Ну а вкус, увы, достоверно зафиксировать невозможно, так что о том, какой австралийский послеобеденный чай лучше — настоящий или прошлый — можно только гадать.

В китайских новостях наткнулся на очередной сюжет с дронами на чайных плантациях, на сей раз реально апокалиптический. Обычно дроны над чайными плантациями летают для мониторинга. Это понятно и, наверное, хорошо. Время от времени дроны на чайных плантациях используются для вывоза собранных чайных листьев — это тоже понятно и точно хорошо. А в том сюжете, на который я наткнулся, дроны используются для освещения — чтобы сборщики могли работать ночью. Ну то есть дроны реально висят над головами людей и светят… Вообще, конечно, это тоже полезно. Ночной сбор — это не только сбор по холодку, то есть, возможно, более качественный. Это еще и интенсификация сбора, что бывает важно когда нужно успеть собрать чайный лист, пока он маленький и нежненький. Но дроны с фонарями над ночными плантациями с людьми реально выглядят как надсмотрщики.

Ну и чтобы было не так страшно жить. Занимательная, хоть и почти совсем нечайная новость пришла с Тайваня. Где местные власти для того, чтобы граждане требовали кассовые чеки при покупках, превратили эти чеки в лотерейные билеты. Ну типа ты сходил за хлебушком, получил при покупке чек с уникальным идентификатором — а потом узнал, что по результатам розыгрыша выиграл миллион. Вернее десять миллионов тайваньских долларов — именно такие там главные выигрыши. И теперь тайваньские соцсети обсуждают эти выигрыши, выискивая минимальную покупку, за которую был выдан выигрышный чек. Пока в этом азартном соревновании лидирует покупка молочного чая на базе улуна за 21 тайваньский доллар — это примерно пятьдесят рублей. В качестве финала этой поучительной истории о тайваньской гражданской сознательности и молочном чае отлично подойдет хармсовское «Вот какие большие огурцы продаются теперь в магазинах».

Чай со слоном из старых запасов

Второй раз за последние пару недель мне на глаза попалась новость о распродаже запасов чая, сделанных рачительными гражданами еще в Советском Союзе. В первом случае запас чая распродавался в Петрозаводске, во втором — в Шувое, что рядом с подмосковным Егорьевском. Чай продвался по 250-350 рублей за пачку — и это, как мне кажется, совсем немного за необычный опыт для понимающего человека. И даже с точки зрения соотношения «цена тогда — цена сейчас» вполне адекватно.

Но самое интересное в этом предложении, конечно, не цена, а содержание. Там, в этих распродаваемых запасах, почти исключительно индийский чай, в том числе и в знаменитых пачках со слоном.

Можно не сомневаться, что если чай хранился в сухом месте и не заплесневел, то с ним все в порядке. Он, конечно, изменился — но, скорее всего, сохранил и свою чайность и, скажем так, задуманый его создателями сенсорный профиль. Так что попробовать такой чай действительно любопытно. Я в прошлом такие старые чаи пробовал с интересом. Никаких невероятных откровений не испытал — но все равно был доволен.

Что же касается именно чая со слоном, то с ним, напомню, все было не очень однозначно. Никакого единого рецепта или, тем более ГОСТа, для чая со слоном не существовало. Фактически, каждая чаеразвесочная фабрика делала его немного по-своему. И да, это был купаж. В котором, в некоторых случаях, собственно индийский чай мог даже не доминировать. У чая со слоном даже самый главный маркер — собственно пачка с приметной картинкой — мог сильно отличаться от чаеразвесочной фабрики к чаеразвесочной фабрике.

Поэтому когда сейчас кто-то начинает демонстративно страдать по поводу того самого чая, я немного удивляюсь. Потому что тот самый чай был очень разным. Это, кстати, было обычным делом в Советском Союзе — вариативная интерпретация какой-то общей темы. У меня был период в детстве, когда я мыло коллекционировал. Так вот, у меня версий земляничного мыла в коллекции было от 6 до 13 штук, от разных мыловаренных фабрик, от прибалтийских до сибирских. Они все пахли земляникой и были завернуты в бумажки с земляничным паттерном. Но цвет мыла, качество бумаги на пачке, интенсивность аромата, качество печати и нюансы паттерна были разными. Аналогичным образом дело обстояло с лимонадами. И с пивом. И с чаем со слоном была примерно такая же история.

Так что когда кто-то при вас в следующий раз начнет сетовать на то, что чай со слоном был ого-го, а сейчас в магазинах и вовсе продается не чай, а опилки, уточните у него, о чае какой чаеразвесочной фабрики идет речь. И добавьте, что вам лично чай иркутской фасовки нравился больше московского. И что иногда уфимская чаеразвесочная фабрика выдала мощный чай со слоном — но бессистемно. Это все будет чистейшей воды выдумкой, конечно — но он первый начал.

У меня лично, кстати, чай со слоном не вызывает никаких ностальгических переживаний. В моей семье к чаю вообще относились прагматически. Чай стоял в одном ряду с керосином, солью, спичками и прочим сахаром. Чай должен быть. Чай бывает разным, хороший от плохого мы отличать умели. Хорошему радовались, но не делали из него культа. Ну то есть если была возможность, пили хороший. А если не было, пили тот, что был — и не парились. По принципу «семь лет мак не родился, а голоду не было».

У моего деда это пословица вообще была любимой.

Не терять легкости

На прошлой неделе, рассказывая об упрощении, как о главном чайном тренде, я предварил этот рассказ ремаркой о том, что у меня есть более или менее универсальные ответы на некоторые общие чайные вопросы. Например на наивный, но частый вопрос о том, что самое главное в чае.

Если вы просто пьете чай, то самое главное в чае — не терять легкости. И не забывать, что мы пьем чай для радости и удовольствия. Если вы работаете с чаем, то самое главное в чае — не забывать о легкости. Даже если ваша работа чрезвычайно серьезна и ответственна, помните о том, что люди, для которых вы, в итоге, работаете, пьют чай для радости и удовольствия.

Поясню все сказанное с точки зрения любителя и ценителя чая. Которому, повторюсь, важно не терять легкости.

Это, на самом деле, не очень-то и просто. Как только ты начинаешь более или менее последовательно интересоваться чаем, то сразу сталкиваешься с искушением стать чрезвычайно серьезным. И чай для такой убийственной серьезности предоставляет массу возможностей.

Даже банальное расширение чайного кругозора самым примитивным способом — например, последовательной дегустацией всех ароматизированных чаев какого-либо крупного бренда — может дать основания для многозначительных заявлений в стиле «Я прочла всего Маршака»… Я однажды познакомился с одной такой библиотекаршей на семинаре по проектной деятельности — так это было первое, что она о себе сообщила. На серьезных щах, конечно. Я потом через пару месяцев оказался на другом семинаре, связанным с бизнес-образованием. И там тоже познакомился с одной дамой, которая первым делом о себе сообщила, что она лесбиянка. И тоже на серьезных щах. Я сразу вспомнил библиотекаршу и спросил у лесбиянки, как она относится к Маршаку. Мне правда интересно было — склонность к поиску закономерностей, все дела… До конца семинара я проходил в штатных гомофобах и рад, что больше ни с кем из этих людей не встречался. Отвлекся, извините.

Так вот. Количество чаев. Когда-то давно, когда я тоже расширял свой чайный кругозор через массовую торговлю, я все отпробованные чаи заносил в специальную табличку и рейтинговал. Бессмысленность этого занятия я осознал, когда количество строк в этой таблице перевалило за две сотни. И тогда, лет тридцать примерно назад, мне эта бессмысленность казалась исключительно количественной. Типа «нельзя объять необъятное» и все такое прочее. А теперь я считаю ее еще и качественной. Объять необъятное действительно нельзя. Но это «нельзя» не стоит превращать в унылое смирение, которое часто по ошибке принимают за просветление. Тот факт, что необъятное нельзя объять — это отличный повод для здорового пофигизма и бесконечной радости.

Если тема, которая тебе интересна, необъятна — это значит только то, что у тебя каждый день будут занимательные новости. 

Разнообразие чая — это самый простой пример чайной серьезности. В неисчерпаемый источник занудства можно превратить, например, знания о чае. Чай — это один из самых изученных продуктов питания. Причем изучен он не только химически и биологически. Чаем с удовольствием занимаются историки, антропологи, экономисты и другие умные люди. Поэтом чайных знаний реально много — и в них всегда можно найти что-то на свой вкус и уровень образования и понимания. 

Чайные знания позитивно влияют на характер потребления чая и на получаемое от чая удовольствие. Многие знания — это еще и многие радости, чтобы там не думал по этому поводу один библейский персонаж. Но чайные знания не являются ключом для замка на сундучке с чайной радостью. Мало того, если в рамках потребительской культуры превратить их в долженствование типа «как можно слушать музыку, не пройдя курс сольфеджио», то чайные знания станут уже упомянутым неисчерпаемым источником чайного занудства.

Ровно такая же история с чайными традициями. Если превратить их в строгий ритуал, если каждое чаепитие проводить с унылой тяннойской физиономией, с постным псевдокитайским одухотворением или с манерностью, считая ее по неопытности аристократизмом, то ну его нафиг. Японцы, китайцы и англичане создавали свои чаепития для отдыха и развлечений. И русские, кстати, тоже.

Стремление сделать каждое взаимодействие с чаем серьезным, внимательным или еще каким-либо напряженным — это тупик. Серьезное отношение к употреблению чая противоречит самой сути употребления чая.

Ибо сказано, селебрейт, а не селибейт.

Матча-ньюс №3

Настало время очередных матча-новостей. Никуда от них не деться. Не я такой, жизнь такая.

В Мабянь-Иском автономном уезде городского округа Лэшань провинции Сычуань в Китае был не так давно проведен профессиональный курс по производству матчи. Я не знаю, насколько этот курс будет регулярным, но хочу обратить внимание вот на что. Мабянь-Иский автономный уезд был создан для сохранения культуры и автономии народа и. Ну то есть вполне вероятно, что в данном конкретном случае ориентация на матчу решает не только коммерческие, но и социальные задачи и является частью программы по поддержке малых народов Китая.

Новостей в стиле «мы начали работать с матчей», кстати, в последнее время стало приходить из Китая довольно много. Прямо сейчас под рукой у меня есть «матчевые» заметки из Шэньси — но были такие новости и из других провинций. Ну и из Гуйчжоу, конечно.

Там, в Гуйчжоу — провинции, которая, напомню, является главной матчевой житницей Китая — началась реализация трехлетнего плана по развитию производства матчи. Результатом воплощения которого к 2028 году должны стать 13 с лишним тысяч гектаров чайных плантаций под затенение, 10 производственных линий для производства пропаренного зеленого чая и 300 производственных линий по перемалыванию этого пропаренного зеленого чая в порошок. Если у коллег из Гуйчжоу все получится, то в 2028 году они должны буду произвести 8000 тонн матчи. Это, на минуточку, больше, чем сейчас производит матчи вся Япония. 

Замечу также, что китайские планы позволяют оценить матчевую производительность чайных плантаций. Если поделить тонны на гектары, то получится, что с одного гектара плантаций наши китайские коллеги намерены получать 600 килограмм матчи. 

Кстати. Коллеги из нежно любимого мною канадского проекта Camellia Sinensis ввели в своем ассортименте специальную продуктовую категорию для китайской матчи. Они называют ее Matcha Barista, сразу позиционируя китайскую матчу как продукт для профессионального использования. Это толково. Может такое название и не канадцы придумали — но я у них его впервые увидел, поэтому буду считать придумку канадской.

В ассортименте американского косметического проекта Tirtir обнаружился продукт с дивным названием Matcha Bubble Tea Scrub. Скраб с матчей и бабл-ти. Идеальный продукт для того, чтобы ходить с мужиками в баню, я считаю… А коллеги из «Даблби» еще в самом конце апреля анонсировали матчу с розой и клюквой. Говорят, что в ней миндальное молоко, аллюлоза вместо сахара, матча и кардамон — а роза и клюква используются как посыпки. И это правильно, конечно. 

Ничуть не хуже американцев со скрабом и москвичей с клюквой и розой выступили ученые из Саудовской Аравии, которые установили, что матча с клубничным порошком полезнее, чем матча без клубничного порошка. Процитирую вывод из их публикации. «Стратегическая формула с клубничным порошком фундаментально изменяет окно термической экстракции матчи. Заваривание смеси при 100°C максимизирует антиоксидантный потенциал, при 70°C оптимизирует противовоспалительное действие, а холодное настаивание при 5°C лучше сохраняет питательные вещества». Я всегда так и думал, кстати. 

На фоне таких смелых новостей исследование двух ученых девушек из Вроцлава, в ходе которого они выяснили, что матча может оказывать широкий спектр полезных биологических эффектов благодаря высокой концентрации полифенолов, аминокислот и антиоксидантов, но при этом, несмотря на многообещающие экспериментальные и доклинические данные, необходимы дальнейшие хорошо продуманные клинические исследования, чтобы лучше понять механизмы действия, биодоступность и долгосрочные последствия для здоровья, связанные с регулярным потреблением матчи, выглядит как-то нарочито застенчиво. Равно как и история о двух японских девушках, которые намерены пересечь США на автомобиле с регулярными остановками на чайные церемонии для популяризации чая матча… Но застенчивости, безусловно, тоже есть место в науке! И в матчевых новостях.

Ну и чтобы очередной выпуск матчевых новостей не был рассказом о тотальном китайском доминировании и смешивании матчи с розой, клюквой и клубникой, вот вам репортаж из Нью-Йорка, где романтическая девушка открыла считай что классический чайный дом с названием Sorate. В котором, помимо торговли чаем, приобщает своих гостей к японской чайной культуре. Среди традиционной для таких репортажей духовной мимимишности есть и любопытная информация. Около 70% онлайн-покупателей чая в Sorate — это женщины в возрасте от 30 до 50 лет. Тут так и хочется добавить что-то типа «которые верят в волшебство»… Хозяйка проекта намерена расширить его на другие города США, потом перекинуться в Италию и, в конце-концов, открыться в Киото. Пожелаем ей удачи.

Я, кстати, после чтения этого репортажа подумал, что матча отлично ложится на эстетику My Little Pony. Погуглил, нашел картинки с зелеными лошадками и в очередной раз убедился, что все придумано до нас.

Народный рейтинг чая

Есть такой любопытный проект, Taste Atlas. Это гастрономический путеводитель с элементами энциклопедии и с системой пользовательских рейтингов. С какой-то простенькой защитой от накруток. Ну типа если ты из Франции, то возможности топить за французскую кухню у тебя как бы ограничены.

В этом проекте, естественно, есть и чайный раздел. С немного бесшабашной структурой и кучей подразделов типа лучших европейских чаев, лучших уишаньких чаев, лучших индийских чаев и так далее. Каждый из этих подразделов разделен, как правило, на две части. Одна часть — это конкретные чаи в конкретных упаковках. Вторая часть — список типов чая. Под типами может пониматься или конкретный чай, например Дарджилинг. Или рецепт чая, например масала. Или какой-то известный коммерческий купаж, типа «Английского завтрака». И все это свалено в одну кучу. 

Все это, конечно, совершенно бестолково. Но поучительно — потому что четко отражает стандартное потребительское отношение к чаю. Потому что все эти списки и рейтинги, повторюсь, народные, их составляют пользователи проекта. Результат такого коллективного чайного творчества получается немного предсказуемым, но, все равно любопытным. Ну и еще всегда есть небольшая надежда — вдруг чего новое узнаешь от коллективного, хоть и не очень большого разума.

В данном случае надежда не оправдалась. Но я все равно с особым интересом изучил рейтинг «Лучших чаев в мире», куда включены и типы чаев (если использовать терминологию проекта), и конкретные пачки и баночки.

Лучшим типом чая в мире по мнению пользователей проекта является масала. А первая десятка выглядит так: масала, ходжича, цейлонский черный, сенча, пуэр, дарджилинг, шэн пуэр, генмайча, улун и гёкуро.

Отличная десятка, я считаю. Оставим сейчас без внимания ее полную структурную бредовость. Спрашивать среднестатистических граждан о лучшем чае — это все равно что спрашивать старших школьников о любимом вине. Там тоже в одном списке будут бургундские, хересы, хенесси и сангрия с шампанским. Причем в данном случае это совсем не упрек среднестатистическим гражданам или старшим школьникам…

Давайте лучше обратим внимание на несколько нюансов.

Во-первых, в десятке лучших типов чая нет матчи. Что, с учетом присутствия в этой десятке сенчи, генмайчи, ходжичи и гёкуро очень странно. Матча обнаружилась на двадцатом месте в рейтинге. Я понимаю, конечно, что рейтинг народный и крайне ненадежный — но не настолько же, чтобы под рассказы о матча-буме, которые несутся из каждого утюга, так откровенно матчу задвигать. Вполне вероятно, что такие низкие позиции матчи даже относительно чаев-земляков из Японии связаны с тем, что большая часть зеленого порошка потребляется в совершенно нечайном стиле. И как чай значительной частью потребителей просто не воспринимается.

Кстати, в отдельной статье матча описана с учетом китайского происхождения — да и вообще там отсылок к Китаю больше, чем отсылок к Японии. Что тоже немного необычно.

Во-вторых, тот факт, что на первом месте в чайном рейтинге находится масала-чай, я бы тоже не связывал с реальной популярностью этого напитка. К такому высокому результату запросто могут быть причастны легко вписывающиеся в разную онлайн-движуху индийцы по всему белому свету — ну то есть формально находящиеся не в Индии. Индийская пресса уже отметилась радостными публикациями по поводу первенства масалы замечаниями в стиле «как будто кто-то сомневался».

В-третьих, в очередной раз хочу обратить внимание на японскую непропорциональность. В десятке лучших чаев из народного рейтинга четыре японских. И всего три китайских. Причем один из них — улун — присутствует в десятке как целая категория, без привязки к конкретным чаям. У брендовых переживаний наших китайских чайных братьев, о которых я рассказывал намедни, есть веские основания, конечно.

Забавный рейтинг, короче. И даже с некоторыми намеками на полезность, несмотря на бестолковость. Этот рейтинг отлично показывает, насколько далека от народа та категория, которую обычно называют высокой чайной культурой. Так что если вы вдруг однажды решите осчастливить хорошим китайским чаем в десять раз большее количество клиентов, чем у вас есть сейчас, посмотрите лишний раз на все эти списки.

Кстати. Мне кажется пришло время реагировать на фразу «Матча — это порошковый зеленый чай» удивленным вопросом «А матча — это разве не кофе?», задаваемым с интонациями героя анекдота, который заканчивается фразой «А бордо — это разве не зеленый?» 

Брендовый подход к китайскому чаю. Введение

В феврале 2026 года в Китае было опубликовано «Руководство по качеству и модернизации чайной промышленности на 2026-2030 год» — фактический план развития китайской чайной индустрии на ближайшие пять лет. Пересказы этого документа уже опубликованы в китайском интернете, читать их, безусловно, интересно — и это можно сделать самостоятельно. Я же, с вашего позволения, зацеплюсь во всех этих планах и пересказах за любимую тему. За китайские переживания по поводу чайных брендов.

В 2025 году экспорт чая из Китая впервые превысил 400000 тонн, достигнув величины 418800 тонн. В денежном исчислении китайский чайный экспорт составил около 1600000000 долларов США. В тоннах экспорт чая из Китая в прошлом году по сравнению с позапрошлым вырос на 11,9%, а в деньгах — всего 8,9%. Тот факт, что рост объема экспорта китайского чая превышает рост стоимости этого экспорта, означает, что китайский чай в среднем стал продаваться на мировом рынке дешевле. Средняя экспортная стоимость килограмма китайского чая в 2025 году составила 3,69 доллара — это на 2,7% меньше, чем в 2024 году. И этот факт наших китайских коллег изрядно напрягает.

В китайском экспорте доминирует продажа чая балком и большими партиями для последующей переработки — купажирования и фасовки в потребительскую упаковку и на потребительских же рынках. Доля в китайским чайном экспорте чая с высокой добавленной стоимостью — то есть, фактически, чая, расфасованного в потребительскую упаковку в Китае и, в идеале, дорогого по каким-либо рациональным причинам — очень невелика. 

Китайские коллеги сетуют на то, что восприятие китайского чая на международном рынке ограничено двумя характеристиками: «зеленый чай» и «дешевый чай». Региональные китайские чайные бренды высокого уровня (Лунцзин, Тегуаньинь, Пуэр и т.д.) на массовом рынке востребованы слабо и массовому потребителю незнакомы. Брендовых брендов (извините за такой термин) с широкой международной известностью, типа Lipton или Twinings, в Китае считай что и нет. Китайские чайные церемонии, которые в контексте продвижения китайского чая и китайской чайной культуры можно рассматривать как рекламные механизмы, на массовый рынок не работают совершенно, потому что не упрощают потребление чая, а усложняют его.

Чтобы выйти из этой огорчительной ситуации, китайские коллеги предлагают работать с дорогим китайским чаем по винному принципу. Частично они такой подход уже реализовали, создав систему региональных чайных брендов — аналогов винных названий, защищенных по происхождению. Над созданием второй составляющей винного подхода — статусных коммерческих проектов, которые будут аналогами винных хозяйств и независимых боттлеров — китайские коллеги работают сейчас и собираются продолжать работу в ближайшем будущем.

И все это, в принципе, очень разумно. Но есть один нюанс. Который заключается в том, что подход, продуктовым результатом которого являются (или должны стать) защищенные китайские чаи известных региональных брендов в исполнении вызывающих безусловное доверие и ажиотажный интерес коммерческих брендов, нуждается не только в качественном исполнении. Он нуждается еще и в подготовленном рынке. Основу которого будут составлять потребители с развитым бренд-подходом к китайскому чаю.

Собственно о том, в чем состоит такой подход и почему он может быть интересен не только для китайской чайной индустрии, но и для потребителей чая, я и собираюсь рассказать в новом цикле материалов.

Продолжение следует, понятное дело.

Варка-82 и Михаил Давиташвили

Когда речь заходит о популярной советской чайной литературе, то обычно и сразу вспоминают книги Вильяма Похлебкина. И это правильно — безотносительно достоинств и недостатков этих книг, след в отечественной чайной культуре они оставили очень заметный. При этом, конечно, книги Похлебкина не были единственными популярными книгами о чае, изданными в Советском Союзе. 

В 1966 году — за два года до выхода книги Похлебкина — вышла книга Михаила Давиташвили «Чай наш грузинский». В 1979 году она была переиздана с некоторыми правками и под названием «Друг наш чай». В каждом из изданий кипячению воды уделено должное внимание. Причем с разными и крайне интересными нюансами.

Вот фрагмент из книги «Чай наш грузинский». 

«Китайские кулинары различали когда-то 16 видов кипения: пузырьки, похожие на рыбий глаз, и легкий шум указывают один; плеск воды и брызги, сталкивающиеся около стенок посуды, отмечают другой; пузырьки, быстро поднимающиеся вверх и вызывающие бурление воды, оповещают о третьем, и так далее. При Сунской династии полагалось кипятить воду до пузырьков, похожих на глаза краба… Знаменитый поэт Луву, великий мастер чая и его певец, ставший богом-покровителем чайных купцов, предписывал готовить чай в три срока кипения: в первый класть в воду соль, во второй — чай, а при третьем — влить в котел полный ковш холодной воды, чтобы осадить чай и оживить «юность воды».

А вот фрагмент из книги «Друг наш чай», вышедшей через десять с лишним лет. 

«Китайский кулинар, живший полторы тысячи лет назад, различал множество разных сроков кипячения: например, пузырьки, похожие на рыбий глаз, и легкий шум указывают на один срок; плеск воды и брызги, сталкивающиеся около стенок посуды, отмечают другой; пузырьки, быстро поднимающиеся вверх и вызывающие бурление воды, оповещают о третьем. При Сунской династии полагалось кипятить воду до пузырьков, похожих на глаза краба… Лу By предписывал готовить чай в три срока кипения: в первый класть в воду соль, во второй — чай, а в третий влить в котел полный ковш холодной воды, чтобы осадить чай и «оживить юность воды».

После этого Михаил Давиташвили советует использовать для заваривания чая воду, находящейся на той стадии кипения, при которой в воде появляются пузырьки, похожие на хрустальные бусы, рассыпанные в воде источника… И тут же добавляет, что воду для чая надо снимать с огня в тот момент, когда она закипит «белым ключом», то есть совершенно побелеет от массы бегущих со дна пузырьков, но еще не успеет забурлить. Немного сложный совет, на самом деле, но это сейчас не важно.

С точки зрения расследования того, как глаза краба и шум сосен добрались до «Химии и жизни» 1982 года, важно то, что в каждом из приведенных фрагментов указываются стадии кипения воды, есть глаза (причем как крабьи, так и рыбьи), есть шум (хоть и без отсылки к соснам) и есть ссылка на Лу Юя. Причем имя последнего записано как Лу Ву или Луву.

Из всего этого можно сделать два вывода.

Вывод первый. Михаил Давиташвили информацию о Лу Юе, с большой степенью вероятности, получил — прямо или косвенно — из англоязычных источников. Потому что его Лу Ву — это английское Lu Wu, один из вариантов записи имени Лу Юя на английском языке. Причем, возможно, сначала Давиташвили или его консультанты использовали один англоязычный источник, а потом другой — поэтому в первом фрагменте Луву написано слитно, а во втором Лу Ву написано раздельно. 

Английский след от Лу Юя к «Химии и жизни» — это очень важно, на самом деле, он может превратиться в основную версию. Но с ним разберемся позже.  

Вывод второй. До 1982 года в советском информационном чайном пространстве тема с разными стадиями кипения воды, причем с прямой отсылкой к Лу Юю, присутствовала. А это значит, что клубная варка чая, являясь, как я пояснил ранее, самостоятельной разработкой, не была, тем не менее, первой отсылкой к Лу Юй в нашей чайной культуре.

Ну а теперь, конечно, нужно попробовать найти додавиташвиливские упоминания Лу Юя и стадий кипения воды на русском языке. Но позже. Потому что сначала нужно почитать Похлебкина.

И это тоже в другой раз.

Фидбэк и поддержка рублем

Eсли не сложно, выделите, пожалуйста, галочками, те новости, которые оказались для вас наиболее интересными. Нам это поможет сделать «Параферналии» еще более качественными. 

Ну и, конечно, еще более качественными поможет сделать «Чайные параферналии» ваша поддержка рублем и ваше доброе слово. Все для вас, спасибо за внимание, хороших чаепитий, удачи!

---

Ежедневные чайные новости в Telegram и в Max.