В узбекском интернете наткнулся на небольшой ролик, в котором девушка рассказывает о том, что на застольях в Узбекистане водку иногда разливают по чайникам и уже оттуда, из чайников, разливают по небольшой посуде — стопочкам или пиалушкам — для употребления внутрь. Делается все это потому, что выставлять бутылки на стол не очень удобно, но и не выставить на стол алкоголь тоже бывает не очень удобно — отсюда и чайники. Хозяйка ролика называет такую подачу водки ок чой (oq choy), что переводится с узбекского как «белый чай».

Вообще, у сочетания oq choy (где oq — это, понятное дело, белый, а choy — это чай) существует два вполне себе чайных значения. Во-первых, oq choy — это чай с молоком, тут все понятно — с молоком, значит белый. Во-вторых, иногда oq choy — это зеленый чай. Отчасти потому, что он как бы противоположен черному. Отчасти потому, что oq choy созвучно ko’k choy. А ko’k choy — это уже именно зеленый чай. Oq choy — ko’k choy. Игра слов такая. В Узбекистане, кстати, для обозначения зеленого чая тоже используется «синее» слово — о синих названия зеленого чая я как-то уже рассказывал.

Одновременно с этим слово oq само по себе может использоваться в разговорном узбекском для контекстного обозначения водки. Ну то есть как полный смысловой аналог нашей «беленькой». Общее прошлое просто так не пропьешь.

Чайные дистилляты Эркина Тузмухамедова и Сергея Хорольского

Я сильно сомневаюсь, что использование выражение oq choy для обозначения водки в узбекской культуре является устойчивым. С гораздо большей вероятностью оно в этом значении возникает как контекстная шутка, которая всем понятна. После начала борьбы за трезвость в 1985 году я встречался с аналогичным использованием выражения «белый чай» в русском языке. Ну то есть просто так и в разговоре водку белым чаем никто не называл. Но пошутить так при покупке или распитии водки могли запросто — и независимо от использования чайников.

Забавно, кстати, что несмотря на то, что историй о разливании водки по чайникам я слышал множество, сам лично я такого никогда не видел. А еще любопытно, что выражение «белый чай» я услышал задолго до того, как узнал о существовании настоящего белого чая. Причем использовалось оно или применительно к голому кипятку или к водке. Мне «белый чай» казался тогда невероятно удачной шуткой, этаким примером юмора абсурда для начинающих. Если бы в те времена «Маятник Фуко» был уже написан и я бы его прочел, то, безусловно, поставил бы «белый чай» в один ряд с ассиро-вавилонской филателией и прочей юксюмористикой.

А потом оказалось, что белый чай реально существует. Я был даже как-то немного разочарован.