Чайные кейсы и анонсы россыпью №33
Китайские ученые разработали очередной и очень точный метод выявления искусственных красителей в черном чае. Причем испытали они его на эритрозине и «Солнечном закате». «Солнечный закат», напомню, это один из самых распространенных чайных красителей. Про подкрашивание чая эритрозином, E127 (не путать с тартразином, E102) я ничего не слышал — но это не значит, что такого подкрашивания не существует, конечно… Надо будет в очередной раз мощно высказаться по поводу окрашивания чая, кстати. На сей раз рассмотреть феномен восприятия крашеного чая. Который заключается в том, что к тому же «Солнечному закату» в готовых напитках, лекарствах и кондитерке люди относятся совершенно спокойно. Но стоит добавить его в чай, как начинается истерика.
В Сычуани местные конструкторы разработали систему автоматического регулирования резака чаеуборочного комбайна. Там вот какая история. В первом приближении чаеуборочный комбайн можно считать самоходным резаком. Это удобная, в принципе, штука, но есть нюанс. Когда тем же дугообразным резаком оперируют живые люди, они могут достаточно чутко реагировать на изменение условий сбора чая. Ну и там приподнять резак повыше, когда надо. Или опустить, наоборот. Не идеальная технология, конечно — но как компромисс сгодится. Собственно именно поэтом 60% всего механизированного сбора чая в Китае осуществляется ручными резаками для двух операторов. А комбайн так ловко подстраивать резак не может. Оперативно реагировать из кабины неудобно. А если закрепить резак в одной позиции, то эффективность сбора падает. Ну вот сычуаньские коллеги и прикрутили к комбайну оптическую систему, на основании данных которой резак комбайна опускается, поднимается или наклоняется. Говорят, хорошо получилось.
На Тайване, в Тайбэе, не так давно открылся магазин PIN THÉ SAVOR, фишкой которого, судя по декларациям, будет перемалывание цельнолистового тайваньского чая в порошок. И обычный чай, и обычную матчу — в том числе и в составе разных сотонинских напитков — там тоже будут продавать, конечно. Но акцент будут делать на возможности приготовить условный матча-латте не на матче, а на Сы Цзы Чуне. Рабочая идея, на самом деле. Не тот чай в мельницу засыпать и считаться при этом не балбесом криворуким, а концептуальным визионером. Это красиво.
В Tokyo Weekender наткнулся на обзор семи аутентичных локаций для чайных церемоний в Токио. Комментировать их никак не буду, это как раз тот случай, когда и картинки посмотреть, и место для визита выбрать лучше совершенно самостоятельно. На этом же сайте, кстати, есть материал 2021 года из серии «Один день из жизни» — в данном конкретном случае из жизни мастера чайной церемонии. Любопытный еще и тем, что там указана цена за участие в чайной церемонии с человека. Примерно 2000 рублей по текущему курсу за примерно двухчасовое мероприятие. Сложно оценить такую стоимость в отрыве от японской реальности, но выглядит сумма довольно скромно.
Кстати, про порошки. Представители компании Nestle обмолвились между делом и с месяц назад, что рассматривают варианты выхода на рынок матчи. Никакой конкретной информации по этому поводу нет. Но у удивленного восклицания «А матча — это разве не кофе?» может появиться еще одно основание.
Китайские ученые разобрались с геномом чайной камелии Camellia yangii. Ее обнаружили в 2023 году в лесах уезда Малипо (это Вэньшань-Чжуан-Мяоский автономный округ китайской провинции Юньнань, на самой границе с Вьетнамом), внимательно изучили и выделили в отдельный вид. Насколько я понимаю, в настоящее время известна только одна популяция камелии Янги, и в той менее десятка растений. Так что нет ничего удивительного в том, что ее стараются поскорее изучить. Одна маленькая популяция — это считай что ничего, она может исчезнуть в любой момент. Так что надо фиксировать.
А еще в Китае в очередной раз подсчитали старые чайные деревья — ну то есть такие деревья, возраст которых превышает 100 лет. По последним данным таких чайных деревьев в Китае сейчас 57622300, почти все они (97.3%) растут в Юньнани. Со времени последнего подсчета количество старых чайных деревьев в Китае увеличилось более чем на миллион — в основном, за счет нормального описания и включения в общую статистику новых участков со старыми деревьями. А вообще, конечно, от такого количества старых чайных деревьев, значительная часть которых растет еще и самым диким образом, немного захватывает дух. А ведь есть еще и старые чайные деревья в других странах!
Экспертное нытье
В 2020 году я опубликовал несколько материалов, объединенных темой с названием, которое мне очень нравится и сейчас — «Чай в экономике опыта». И там, среди прочих публикаций, были посты «Как стать чайным экспертом» и «И как стать чайным гуру». И во втором материале, в рекомендациях по чайному гуруизму, были пункты про точку истерики и готовность в любой момент издать тематический плач. Позволю себе самоцитату.
«У чайного гуру должна быть точка истерики. Ну то есть такая тема или слово, от которого у гуру резко меняется эмоциональный настрой и он начинает вещать и верещать. Начинающие гуру очень любят терминологический нацизм, перевозбуждаясь от неправильных ударений, неправильного произнесения китайских слов или смешивания понятий «окисление» и «ферментация» — но это, конечно, детский сад, штаны на лямках. Уважающий себя гуру оперирует истериками серьезными. Например, не любит стандарты. Или пуэры. Или утесные улуны.
Чайный гуру должен уметь в любой момент издать плач о том, что у нас все плохо. Что все губят дураки-бизнес-враги-массовый вкус-и так далее. Это должен быть даже не плач, а Плач. Не могу удержаться от любимой цитаты из Конан Дойла: «Среди ночной тишины часто раздавались протяжные вопли какого-нибудь первобытного Иезекииля, оплакивающего свою былую славу и былое величие обезьяньего города». Чайный гуру должен уметь вопить также. Убогих жалеют — и это первый шаг к успеху».
Сейчас, пять с лишним лет спустя, я хочу отметить, что нечто подобное должен практиковать и человек, желающий, чтобы его воспринимали как чайного эксперта. Только вместо истерики и плача эксперт, как человек, поддерживающий солидный имидж, может оперировать понятиями «чайный алармизм» и «экспертное нытье».
Термин «экспертное нытье» пришел мне в голову после чтения 23 главы восьмого тома «Тянь Чжи Оу Вэнь» — путевых заметок китайского историка и преподавателя Тан Яня. Опубликованных в 1903 или 1907 году. В этой самой 23 главе Тан Янь делится впечатлениями от посещения чайной к западу от моста Датун и пишет следующее (в моем вольном переводе).
«Осенний тростник шуршит, навевая мысли о реках и озерах. В чайной можно провести время с друзьями, в разговорах за чаем. Жаль, что вода не так хороша, как в Куньмине. А чай особенно невыносим. Большинство посетителей — столичных ученых — ничего не понимает в чае, поэтому чайная и не уделяет чаю должного внимания».
Ну а дальше рассказывает о том, каким должен быть правильный чай, сетует на то, что исконная чайная культура по заветам Лу Юя ушла и вообще никто ничего в чае не понимает. А он знает, как надо. Эти рассуждения вошли в чайную историю как «Рассуждения о варке чая» или «Рассуждения о чае» (можно байдить по 《煎茶说》) и, безусловно, являются ценным источником информации и важным чайным документом. Но начинаются они с захода, который иначе как экспертным нытьем и не назовешь. Такой подход совершенно спокойно применяется и сейчас.
Значительная часть публикаций за авторством людей, позиционирующих себя чайными специалистами, укладывается в схему «оценил — демонстративно огорчился — сейчас расскажу, как правильно». Ключевой момент здесь — демонстративное огорчение. Оно вызывает необременительное сочувствие к страдающему эксперту и привлекает к нему внимание. Которым он и пользуется. Все просто, в общем — и обычно используется на интуитивном уровне. В том числе и мной.
Я бы, честно говоря, не уделил бы этому нытью ни малейшего внимания, если бы не один маленький нюанс. Тан Янь — это историк, преподаватель и писатель. И любитель чая. Но не владелец чайной. И не чайный фермер. Я не сомневаюсь, что если бы у него была своя чайная, то записки выглядели бы совсем иначе. Нытье бы осталось, но у него сменился бы вектор — «всеми дураками» стали бы клиенты, власти и конкуренты.
На мой взгляд, в существующем виде, несмотря на безусловную историческую, культурную и чайную ценность его «Рассуждений о варке чая», их актуальная своему времени экспертная ценность представляется близкой к нулю.
Точно также близка к нулю актуальная экспертная ценность экспертного нытья, которые исходят от чистых ценителей, не имеющих за спиной опыта коммерческой работы с чаем. Это не значит, конечно, что реальный эксперт, способный эффективно решать экспертные задачи, не ноет. Вполне может, всем мы люди, пострадать всякому человеку приятно.
Но надо четко понимать, что экспертное нытье — это коммуникационный прием, а не признак предметного профессионализма. Как и чайный алармизм.
Чайный алармизм
Чайный алармизм — это декларации, основанные на том, что чайный рынок находится в состоянии стагнации, что потребления чая падает, что все пропало и надо что-то делать. Чайный алармизм, на первый взгляд, не имеет под собой никаких оснований. Ибо чайный рынок растет. Причем сильно растет, за последние двадцать лет производство и потребление чая в мире выросли в два раза.
Но это только на первый взгляд. Как и на ряде других рынков, глобальное потребление на чайном рынке растет за счет рынков новых и еще недавно относительно бедных. За последние годы, например, заметно выросло потребление чая в Пакистане, в Индии, в Кении, в Турции и, особенно, в Китае. Причем, что тоже важно, из этих стран только Пакистан сидит почти исключительно на импортном чае. Индия, Кения и Китай пьют, большей частью, свой собственный чай. В Турции, говорят, заметную долю на рынке — до четверти — занимает импортный и контрабандный чай. Четверть — это много. Но три четверти — больше. Так что Турцию тоже можно отнести к самодостаточным чайным странам.
Одновременно с заметным ростом потребления чая на новых чайных рынках, структура потребления чая на старых чайных рынках претерпевает очень существенные изменения. В Великобритании — которую смело можно считать эталонным старым чайным рынком, сферическим и в вакууме, — с апреля 2025 года по апрель 2026 года структура потребления чая изменилась следующим образом.
Потребление матчи выросло на 98,2%, потребления неведомой гребаной фигни под названием Speciality Tea выросло на 2,3%, черного чая без кофеина выросло на 3,7%, зеленого чая — на 3,1%, фруктовых и травяных настоев — на 28,8%. При этом потребление традиционного черного чая упало на 3,6%. И надо понимать, что падение черного чая на 3,6% может полностью перекрывать весь остальной рост. Просто потому что этот сегмент чайного рынка изначально несопоставимо больше остальных.
Похожая картинка наблюдается и на других старых и развитых чайных рынках, в том числе и на российском. Упрощенно всю эту картинку можно свести к банальной фразе: потребление дешевого черного чая на традиционных чайных рынках стабильно и потихоньку падает. При этом все традиционные чайные рынки сидят на импортном чае. Черный чай — это главная кровушка международной чайной торговли.
Из всего вышесказанного следует еще один вывод — при общем росте мирового производства и потребления чая чайный экспорт на протяжении вот уже многих лет держится примерно на одном уровне.
Получается забавная картинка. Глобальный чайный рынок не совсем четко, но разделен на две части.
В одной из них все более или менее хорошо. Не безоблачно, конечно, проблем хватает. Но баланс между развитой чайной индустрией и развитым и развивающимся внутренним чайным рынком позволяет и чайным проектам и чайным специалистам чувствовать себя настолько уверенно, насколько это вообще возможно в современном мире.
А в другой все не то чтобы плохо… Но, скажем так, не оптимистично. Конечно, к старым и развитым чайным рынкам вполне применим принцип «пока толстый сохнет, тощий сдохнет». Они могут стагнировать еще долго. Но рынок без оптимизма — это огорчительно. Вот разные чайные специалисты время от времени и дают алармистские комментарии. Которые усугубляются еще двумя факторами.
Во-первых, старые чайные рынки более медийны и более насыщены разными потенциальными чайными комментаторами. Как толковыми, так и не очень. Во-вторых, алармистские комментарии давать интересное. Драма, даже такая маленькая, позволяет комментатору чувствовать себя героем. Ну и, конечно, огорчительные новости всегда привлекают больше внимания. И дают больше возможностей для самопрезентации.
Так что чайный алармизм — это такой же коммуникационный прием, как и экспертное нытье. Просто более обоснованный и масштабный.
Ничто ни о чем не говорит
Некоторое время назад я упоминал в новостях чикагскую компанию Rare Tea Cellar, которая торгует чаем в окружении разных деликатесов. Трюфелей, хамона, икры, деликатесного сливочного масла, сушеных грибов и фруктов, продуктов молекулярной кухни, всякой японской неведомой фигни и так далее. И ассортимент этой компании — отличный повод поговорить о том, как и что характеризует выбор чая.
Вот смотрите. Чайный ассортимент у чикагских коллег совсем обычный. Да, конечно, американские чайные братья выдерживают чай в бочках — и это прикольно. Но не более того. Весь остальной ассортимент совершенно банальный и основан на ароматизированном чае. Если включить на минутку чайного сноба, то кроме упомянутых уже чаев из бочек ничего интересного в чайном ассортимента Rare Tea Cellar нет. Да и чаи из бочек, вероятнее всего, это так, на одну дегустацию. Чисто попробовать.
В икре, хамоне и прочих трюфелях я разбираюсь совсем не так хорошо, как в чае — но даже моего поверхностного знакомства со всеми этими вкусняшками хватает для того, чтобы оценить ассортимент этих деликатесов как тоже не особо интересный. На уровне дорого супермаркета ассортимент, скажем прямо. Ну то есть в данном конкретном проекте проработанность чайного ассортимента полностью адекватна проработанности всего остального ассортимента. И к Rare Tea Cellar можно смело применять принцип «покажи мне твой чай и я скажу, какой у тебя хамон». В данном случае этот принцип сработает. И звучит отлично.
Но является ли этот принцип универсальным? Можно ли оценивать, например, кухню ресторана по чайной карте или по вкусу чая? Исходя из того, что «если вы не можете нормальный чай найти и хорошо его заварить, то и картошечку нормально пожарить не сможете».
Или — зайдем еще дальше — оценивать человека по любому набору критериев на основе его чайного потребления? «Человек с хорошим вкусом никогда не опустится до чая в пакетиках». «Добавлять сахар в чай может только тот, кто не способен оценить чистый и благородный вкус напитка». И все такое прочее, прекрасно озвученное Евстигнеевым в роли Преображенского за столом с Борменталем и горячими закусками.
Подход, при котором чай преподносится как маркер некоего уровня человека или проекта, достаточно распространен при продаже дорогого и (давайте допустим) хорошего чая. Ну типа если ты пьешь чай из пакетиков, то ты — быдло немытое. Если заваренный в нефть пуэр — то рэпер немытый. Если габу алишаньскую — то тусовщик… да, в общем, тоже немытый. А если конкурсный Дун Фэн или Пэн Дин — то эстет и хайпбист (первый раз употребляю это слово и, надеюсь, больше не придется). Ну и так далее.
И с проектами такой же расклад. Если чайная карта с ошибкам — значит ресторан плохой. Если чай невкусный, то суп явно из кошек варят. Если официант в чайных терминах путается, то можно только догадываться, как однорукий повар перцы фарширует. Ну и так далее еще раз.
Так вот. Несмотря на то, что ситуации, при которых чай и все остальное содержание человека или проекта в какой-то системе оценок друг дружке соответствуют, случаются, относиться к ним нужно чисто статистически. Ну типа да, так тоже бывает — но это не закономерность
Ресторан может очень вкусно и качественно кормить гостей и полностью плевать на качество чая. Не в том смысле, что специально делать его плохо — а просто относиться к чаю по остаточному принципу. О том, что кофейня может готовить отличный кофе, паб разливать хорошее пиво, а винный бар подавать по бокалам интересные вина из обширной винной карты — и во всех этих заведениях может запросто быть дурацкий чай, и говорить нечего. Таких примеров полно. Качество чая и отношение к чаю никак не характеризует заведение.
И точно также качество потребляемого чая никак не характеризует человека. Вообще никак. Можно прекрасно разбираться в чае и ничего не понимать в молоке. Можно быть знатоком йогуртов — и ничего не понимать в чае. Все это — нормально. И уж конечно уровень чайного потребления никак не связан с чисто человеческими характеристиками человека. Например, с его культурным, интеллектуальным или нравственным уровнем. Человека вообще характеризует не то, что он потребляет, а то, что он производит. А знания, умения, навыки и развитый вкус могут дать нам преимущество перед другими людьми, но никогда не делают нас самих лучше. Извините за банальность.
Так что когда вам пытаются продать чай, напирая на то, что вы по каким-то причинам должны пить хороший чай, посылайте всех к чертовой бабушке и не давайте подцепить себя на эту разводку. Чай нужно пить потому, что он нравится. Других причин не существует.
Как работать с Дарджилингами. Былое величие
В настоящее время Дарджилинг — и как чай, и как маркетинговый концепт — переживает серьезный кризис. Вызванный целым комплексом причин — старением плантаций, ростом производственных и социальных издержек, изменением климата, появлением сильных конкурентов и изменившейся по сравнению с условным 1960 годом глобальной чайной культурой. Современного ценителя чая с развитым чайным кругозором Дарджилинг, даже очень высокого уровня, едва ли потрясет до глубины его чайной души. При этом Дарджилинг остается одним из знаковых чаев мирового уровня с уникальным, интересным и вариативным стилем.
И с множеством замечательных историй в прошлом. Чего стоит только Flug Tee (нем. «воздушный чай»), система доставки свежего чая текущего сезона авиапочтой. В более или менее стабильную услугу эта тема оформилась в 1960-х годах. Тогда вообще было реактивное и романтическое время, в США Божоле Нуво самолетами доставлялось из Франции, ну а в Европу — чай из Индии. Так вот, вся эта самолетная система создавалась именно для доставки особо озабоченным ценителям свежего Дарджилинга первого весеннего сбора. И, в основном, через Германию — отсюда и немецкое название.
Flug Tee существует и сейчас — но, конечно, практически весь романтический флёр эта тема утратила. И превратилась из реальной услуги в маркетинговый концепт. Быстрая доставка груза за тысячи километров уже давно никого не удивляет и тем более не воспринимается как волшебство — а без волшебства все это совсем не интересно. Тем не менее, многие немецкие компании держат в своем ассортименте позицию с названием Flug Tee — обычно это как раз максимально свежий Дарджилинг первого сбора. Совсем не обязательно доставленный самолетом.
В истории советско-индийских отношений был период активного использования клиринговых счетов, на которых фиксировались стоимость каждой экспортно-импортной операции в рупиях. Мы отправили в Индию станки или истребители — и зафиксировали на этих счетах стоимость сделки. Индия отправила нам чай — и тоже зафиксировала стоимость сделки. При такой организации торговли индийским коллегам было выгодно отправлять в СССР самый дорогой чай (фактически — самый лучший, то есть Дарджилинг). Что привело к резкому снижению поступлений Дарджилинга на мировой рынок.
Мне даже приходилось сталкиваться с мнением, что из-за того, что почти весь хороший индийский чай примерно в 1970-х годах уходил в СССР, произошло тотальное изменение британских чайных вкусов и Великобритания перешла с индийского чая на кенийский. Это, конечно, сильное преувеличение — такой переход был неизбежен, кенийский чай лучше подходит для пакетиков. Но байка красивая.
Замечу также, что романтические истории про советский чай со слоном невероятного вкуса вполне могут быть связаны с тем, что иногда в этих пачках мог оказываться чай, реально бывший одним из лучших в мире.
Короче говоря и повторяясь, Дарджилинг — это чай с узнаваемой сенсорикой, проработанной спешиалти-концепцией и чудесным сторителлинговым бэкграундом. И со стабильными рынками сбыта, что тоже важно. Если говорить только о высокосортных Дарджилингах, то Япония выкупает 35% таких чаев, Германия — 25% и США — 15%. Германия в том числе и для перепродажи. Япония и США для себя, в основном — там развитые лакшери-рынки, на которых у Дарджилинга по старой памяти есть своя небольшая ниша, залегендированная байкой про лучший чай в мире и солидной терруарной и миллезимной информацией. Транспарентность, все дела.
И все это маркетинговое богатство используется в настоящее время совершенно бездарным образом.
Матча-ньюс №4
Настало время очередных зеленых и порошковых новостей! Замечу, кстати, что летом интенсивность информационного матча-потока немного снизилась. Я впервые обратил на это внимание, так что даже предположений выдвигать не буду. Но запомню. И понаблюдаю еще пару лет. Вдруг окажется, что у матчи тоже есть сезонность. И она зимой и летом не одним цветом.
В научно-популярных новостях нашел заметку, посвященную конструированию электрической батарейки из матчи. Да, можно создать батарейку, в которую будет заливаться матча и которая будет вырабатывать электрический ток. Но, к сожалению, ее даже в полной мере «батарейкой на матче» назвать нельзя. Там используется несколько компонентов в составе довольно сложной конструкции. И матча начинает работать как часть этой батарейки только после смешивания с едким натром. И от матчи там нужен только эпигаллокатехингаллат — ну то есть ее, в принципе, можно заменить любым порошком зеленого чая. Но сообщение о том, что из матчи теперь можно еще и электричество добывать, все равно звучит прекрасно. Осталось дождаться описаний удобрения из матчи, на котором гортензии особенно хорошо кустятся и эффектно зеленеют. И будет полный комплект.
Американская, кажется, компания Roсky’s Matcha выпустила на рынок порционную матчу в трехраммовых стиках из фольги. Описав новый продукт всеми положенными в таких случаях словами про удобство в дороге и прочую фигню. Честно говоря, я уже даже не помню, когда я впервые столкнулся с порционным порошковым или растворимым чаем. Но это точно было больше двадцати лет назад. Несмотря на очевидные преимущества таких решений и на кучу успешных рыночных примеров чайной порционки, типа пакетиков для приготовления чайно-молочных напитков или обычного листового чая в порционной упаковке, именно порционные порошки как-то не взлетают.
На мой взгляд, по очень простой причине — они неубедительно высыпаются из порционной упаковки, порошку веса не хватает. Облачко чайной пыли, сопровождающее такое высыпание, остатки порошка на стенках пакетиков, общая относительная неаккуратность — все это делает порционные чайные порошки неудобными для использования как раз в условной дороге. Люди их пробуют — но больше, обычно, не берут. Тем более, что они заметно дороже непорционного чая.
Чтобы чайные порционные порошки взлетели, нужно сделать так, чтобы они не взлетали. Ну то есть им нужно радикально повысить сыпучесть. Не спрашивайте меня как, я стратег.
Я, кстати, при первом же использовании порционного порошка в поезде облажался по полной программе. Потому что забыл, как в детстве сыпал соль в бутылки с газировкой. И высыпал пакетик чайного порошка в только что открытую бутылку газированной воды. Отряхивал потом зеленый чайный порошок со штанов… Не, не так. Изящно стряхивал порошок чайных листьев, прошедший измельчение в торнадо-мельнице, с добротного денима. Мне, кстати, тот чай-пудра, который продает «Бирюзовый чай», до сих пор нравится больше, чем матча.
Британская сеть баров The Alchemist выкатила эффектный вариант подачи текильных коктейлей с матчей XO Café Matcha Board. Там у них такая черная круглая доска, в центре которой стоит бутылочка с чем-то зеленым и с пеной, а вокруг нее — шесть шотов с коктейлями. Надо сказать, что текила с матчей — это свежо. Не уверен, что сильно хочу такой струхнин попробовать. Но свежо.
Ну и еще одна матчевая акционка, для комплекта. Косметический бренд TIRTIR в минувшем апреле на несколько дней открыл в Нью-Йорке Matcha House. В котором презентовал свою продукцию, основанную на корейской матче с остров Чеджу. Там, на этом острове, напомню, много внимания уделяют разному косметическому использованию чаю. Отчасти по компенсаторным резонам — вкус у чая с этого острова часто бывает своеобразным. Отчасти потому, что южные корейцы вообще умеют в уходовую косметику. Матча-бум для продуктов с этого острова стал отличным подспорьем. В нью-йоркский матча-хауз народ реально ломился — за три дня приобщиться к чудесам гладкой и немного желтозеленоватой кожи пришли более двух тысяч человек… Всякому хочется стать гладким, как герой дорамы. Матча-хауз, кстати, хорошее название. Надо запомнить.
Варка-82 и первые упоминания Лу Юя на русском языке
Первое прямое упоминания Лу Юя в изданиях на русском языке, которое я смог найти, случилось в книге академика Василия Павловича Васильева «Очерк истории китайской литературы», которая была издана в Санкт-Петербурге в 1880 году. Вот соответствующий фрагмент из книги.
«Но в новое время чай приобрел перевес даже перед шелком. Первая книга о чае, дошедшая до нас, написана еще при танской династии: это «Ча-цзин», сочинение Лу Юя; он говорит в ней о происхождении чая, о срывании и приготовлении, пробе, варении, питии, действие, местах добывания и проч».
Чуть позже короткая ремарка «Ча Цзин, чаелогия, записки о чае, составленные Танским ученым Лу-юй-ем» появилась в китайско-русском словаре. Я цитирую издание 1909 года, которое называется «Полный китайско-русский словарь, составленный по словарям Чжайльса, архимандрита Палладия [Кафарова, П. И.], П. С. Попова и другим», там про «Канон чая» написано во втором томе, на странице 324. Но первое издание словаря вышло в 1888 году, вполне вероятно, что Лу Юй и «Канон чая» упоминались уже и в нем.
Утверждать, что до «Очерков истории китайской литературы» и «Полного китайско-русского словаря» в русских изданиях Лу Юй и «Канон чая» ни разу не упоминались, конечно, нельзя. Но я таких упоминаний — не в виде галлюцинаций искусственного интеллекта, а в виде отсылок к проверяемым документам, не нашел. Если вдруг такие упоминания найдутся, буду рад — хотя, на мой взгляд, общей картинки они уже не изменят.
И да, следует помнить, что как это часто бывает с информацией о Востоке, в Россию данные о чае попадали с двух сторон — собственно с Востока, и с Запада. Ну то есть как в переводах с китайского и маньчжурского языков, так и в переводах с языков европейских. Во втором случае надо быть готовым к разным хитрым способам записи имени Лу Юя и причудливым названиям «Чайного канона».
Упоминания Лу Юя и «Канона чая» академиком Васильевым и Палладием в конце XIX века, собственно, ценны еще и тем, что в этих упоминаниях Лу Юй и «Ча Цзин» записаны способом, который в русском языке можно считать каноническим. И в этом плане немного удивляют упоминания Лу Юя Похлебкиным (как Лю-Ю) и Давиташвили (Луву). И совсем роскошно выглядит вот такой пассаж из книги «Все о чае» (В. В. Хохлачев. 1987 год).
«В то же время появилось и «Священное писание о чае» («Чакинг») — трехтомный труд знаменитого придворного китайского поэта Луву. В 780 году был создан первый в мире «Трактат о чае» («Ча цзин»), где обобщался опыт выращивания растения, переработки урожая, изготовления и потребления получаемого продукта».
Я уже отмечал выше, что информацию о Лу Юе и «Чайном каноне» советские авторы явно получали из англоязычных источников. С учетом бесспорных доказательств присутствия и Лу Юя, и «Канона чая», и рыбьих глаз в информационном пространстве на русском языке задолго до написания книг Давиташвили, Похлебкина и Хохлачева, игнорирование этого присутствия выглядит очень странно. Но только на первый взгляд.
Советские чайные авторы не были китаеведами и того информационного бэкграунда, в котором могли бы фигурировать Лу Юй и «Канон чая», не имели. Это огорчительно, конечно, но не наказуемо. Мало того, мысль о серьезном поиске информации в китайском направлении им даже в голову могла не прийти. Как это ни странно звучит сейчас.
Давайте не будем забывать, что XX век отнюдь не был веком китайского чая. В информационном чайном пространстве доминировала Великобритания и ее чайные проекты. Соответственно англоязычные источники о чае были более доступны, чем китайские. И воспринимались как более достоверные. Какие-либо английские чайные книжки и журналы наверняка стояли в чайных библиотеках и в Москве, и в Грузии. А китайские, скорее всего, или не стояли вообще, или в крайне небольших количествах.
А еще у меня есть стойкое ощущение, что после однозначного проникновения Лу Юя, «Канона чая» и глаз с соснами в русское информационное пространство к концу XIX века никакого особого интереса ни к Лу Юю, ни к стадиям кипения воды не проявляли сами русские китаеведы.
Фидбэк и поддержка рублем
Eсли не сложно, выделите, пожалуйста, галочками, те новости, которые оказались для вас наиболее интересными. Нам это поможет сделать «Параферналии» еще более качественными.
Загрузка ...Ну и, конечно, еще более качественными поможет сделать «Чайные параферналии» ваша поддержка рублем и ваше доброе слово. Все для вас, спасибо за внимание, хороших чаепитий, удачи!
Ежедневные чайные новости в Telegram и в Max.
Добавить комментарий