Разница во времени. Оперативные чайные новости

Чайные кейсы и анонсы россыпью №38

Елена Иванова опубликовала на днях третью версию своего КОДа — Круга Основных Дескрипторов чая. И обновила разворот блокнота дегустатора. Я не буду сейчас говорить о том, что это удобные инструменты для работы с чаем. Потому что они, как и любые другие инструменты, работают не сами по себе, а в приложении к конкретным навыкам и конкретным задачам. И их удобство сугубо субъективно. Но мне лично очень нравится, что Елена уже на протяжении многих лет работает над сенсорными словарями и упорядочиванием сенсорных впечатлений. Так что я рассчитываю еще неоднократно проанонсировать новые версии сенсорного круга и дегустационного блокнота. И надеюсь дождаться того момента, когда сенсорные словари будут, наконец, толково переведены в эффективную цифровую форму. Совершенно, правда, пока не представляю, как это можно сделать.

10 и 11 октября в Венгрии пройдет Tea Hiking Festival. Фестиваль чая и прогулок, так сказать. Мероприятие, судя по всем, просто замечательное. У них там, помимо стандартных для чайных фестивалей активностей и очевидно следующих из названия прогулок на свежем воздухе, еще и чайный поезд будет. Из Будапешта в Надьмарош, фестиваль будет как раз там проходить. Ну то есть можно будет ехать на чайный фестиваль на чайном поезде и пить чай. Это красиво.

Но еще более красиво решили выступить в Юньнани. Где в этом году на одной площадке решили объединить три выставки — чайную, цветочную и кофейную. Все это дело будет работать, понятное дело, в Куньмине, и с 18 по 20 сентября. Ароматические качели при переходе из кофейного павильона в цветочный там должны быть сумасшедшие. В чайный павильон на таком ароматическом фоне надо будет просто ходить отдыхать… Ну и чтобы закрыть выставочную тему. С 3 по 11 октября на Тайване будет работать Nantou Global Tea Expo — мероприятие масштабное, традиционное и с богатой программой. И с интересными презентационными зонами типа павильона Дундина или павильона черного чая с озера Солнца и Луны… Целый павильон Дундина, прикиньте!

В тайваньских новостях проскочила информация о том, что на главном вокзале Тайбэя открылся магазин чая, название которого можно перевести как «Мировой музей чая». Там, в общем, достаточно простенький чайный ассортимент, но собранный в коллекции, основанные на разных чайных культурах. И окруженный разным убедительным антуражем типа новомодных нюхалок. Получилось, в итоге, симпатично и вполне уместно для вокзала. Примечательно также, что открыла этот магазин-музей компания High Tea, которая давно и успешно занимается поставкой всего необходимого для баблтишных. А теперь вот решила выйти на рынок розничной торговли чаем. Меня эта новость зацепила страновыми чайно-культурными коллекциями. Это, вообще, очевидная идея — дать покупателям возможность приобрести набор чая, который их познакомит с русскими или с английскими чайными вкусами. Через популярные в этих странах чаи — хотя бы и в пакетированном варианте. И мне эта идея очень нравится. Но длительной и устойчивой ее реализации я ни разу не видел. Даже удивительно.

С удовольствием узнал намедни от коллеги из Панамы (Кари, спасибо!) о существовании панамских чайных плантаций. Я надеюсь в обозримом будущем получить образцы панамского чая — и тогда расскажу о нем подробнее. А пока просто поделюсь парой ссылок на посты о выращивании и производстве чая в насквозь кофейной стране. Раз и два.

И раз уж речь зашла о очень нетипичном чаеводстве. Если вы следите за европейскими чайными проектами, то вот вам еще один, в копилку. Называется The Banks Tea, работает в английском Сассексе, производит черный и зеленый чай и продает его в стильных баночках по пять и шестнадцать грамм. А также, как это обычно делается в таких проектах, организует визиты в поместье и на плантации. Я уже как-то говорил о том, что по чайным хозяйствам в Великобритании скоро можно будет туры устраивать. Скучноватые, если чисто на кусты пялиться. Но если добавить туда чаепития и рассказы о поместьях, то может симпатично получиться.

Ну и грех, конечно, не похвастаться тем, что я закончил, наконец, рассказ о подстаканниках. Я, вообще, планировал короткое сообщение, в котором намеревался декларировать свою приверженность тонкостенным стаканам. А в итоге написал длинный текст из девяти частей. Который теперь оформлен отдельным постом и доступен для последовательного чтения.

Подстаканники и их стаканы. Часть последняя

Окончательно и бесповоротно завершить рассказ о подстаканниках и их стаканах я бы хотел ремаркой об адекватном чайном использовании этой утвари.

На картинах, в рекламе и на фотографиях стакан в подстаканнике, если он вписан в реальную жизнь или имитирует ее, является обычно частью чайного стола. Как на упомянутой уже картине Коровина, например. Где все дамы оперируют фарфором, а гражданин в форме держится за стакан в подстаканнике. И отскочивший художник тоже явно пьет из подстаканника. В рекламе или на натюрмортах подстаканники со стаканами часто изображаются рядом с чайниками или самоварами. И это все, на мой взгляд, совершенно не правильно.

Подстаканнику со стаканом нечего делать на нормальном чайном столе. То есть на таком столе, который организован специально для чаепития. За котором собирается семья и/или гости. Для такого стола есть другая посуда. Прежде всего, фарфоровая.

Причем один-два подстаканника со стаканами на чайном столе, как у Коровина — это еще куда ни шло. Ну типа все за столом такие с чашками и расслабленные. А один в фуражке, с подстаканником и чисто деловой. Рабочая ситуация — вдруг ему куда убежать надо. А вот если на чайном столе всю нормальную чайную посуду заменить на стаканы с подстаканниками, то этот стол резко перестанет быть чайным столом. И превратится либо в столик в купе, либо в рабочий стол.

Потому что подстаканник со стаканом — это полный аналог офисной кружки. Ну или наоборот, офисная кружка — это полный аналог стакана в подстаканнике. Подстаканник со стаканом предназначен для того, чтобы пить чай за пределами специального чайного стола. А иногда и вовсе без стола, на весу или на ходу.

Эталонное чаепитие из стакана в подстаканнике изображено в рекламе Главчая. Где явно ответственный товарищ в партикулярном платье сидит за столом с книгами и читает, отхлебывая чай. В подстаканнике у него явно тонкий стакан. И ложечка. И большим пальцем он стакан придерживает. И на столе у него немудреная закуска. И все. Никаких чайников или самоваров, чай готовится и разливается не за этим столом. Это ключевой момент — стакан в подстаканнике используется в отрыве от места приготовления чая.

Если вы сейчас хотите использовать подстаканники со стаканами для питья чая, то делать это, помимо поезда, правильно в кресле с теплым клетчатым пледом. На работе за компьютером. На верстак можно подстаканник со стаканом поставить. На подоконник. Стоя у окна можно подстаканниковый чай пить — смотреть в окно и думать про покой и волю. По офису можно ходить, по маршруту от кулера до рабочего места, преисполнившись чувства собственного достоинства. И так далее. Главное, чтобы рядом не было заварочного чайника.

Можете даже эксперимент поставить. Попробуйте заварить чай в чайнике, потом перелить чай в стакан в подстаканнике и пить его, сидя за столом, на котором этот чайник стоит… Ничего особенного, пить можно, все нормально.

А потом попробуйте встать, взять подстаканник со стаканом с чаем в одну руку, сухарик в другую — и отойти от стола. Встать около книжного шкафа, смотреть на корешки книг и задумчиво макать сухарик в чай. И все, и вы сразу не хрен с бугра, а мыслитель. Когда чай кончится, нужно подойти к столу с чайником, налить чай, снова отойти от стола, но теперь не к шкафу, а к зеркалу. Посмотреться в него и убедиться, что ну точно мыслитель… Чем дальше отходишь от стола с чайником, тем вкуснее чай в стакане с подстаканником и тем больше ты сам себе нравишься. 

Как и в случае с офисной кружкой, в стакане с подстаканником запросто можно заваривать чай в пакетиках. Пакетик отлично вписывается в стакан с подстаканником. А ниточку чайного пакетика — если таковая имеется — можно очень стильно намотать на ручку подстаканника.

Ну и, конечно, если вы решите фотографировать чай в стакане с подстаканником, то нужно помнить, что в кадре не должно быть никаких чайников и самоваров. Только подстаканник со стаканом с чаем и простые закуски. Типа пары печенюшек. В этом смысле наши фотографии с подстаканником, чаем, блинами и хересом явно перегружены — но это простительно, мы тогда еще не постигли всех тонкостей подстаканникового этикета.

Теперь — совсем другое дело.

Подстаканники и их стаканы. Часть восьмая

Когда я, хоть и поверхностно, но изучал историю русских чайных подстаканников, то наткнулся на несколько сюжетных, скажем так, ответвлений. На мой взгляд, интересных.

Ответвление первое. Я уже отмечал в самом начале подстаканникового расследования, что с большой степенью вероятности подстаканники в своем классическом чайном варианте были придуманы в России. Не позднее конца XVIII века. Я не углублялся особо в этот вопрос — но интернет сообщает, что изготавливать подстаканники начали в Туле, на одном из оружейных заводов.

При этом сама концепция дополнительной защиты человеческих рук от горячей посуды и хрупкой посуды от возможных повреждений универсальна, интернациональна и воплощаться в конкретные решения могла везде, где пили что-то горячее.

Вот, например, турецкий fincan zarfı, финджан зарфы, «конверт для чашки» — специальная подставка под кофейную чашку. Самый ранний сохранившийся экземпляр такой подставки датируется 1734 годом. И можно не сомневаться что в турецкий кофейный быт такие подставки пошли намного раньше.

Финджан зарфы решал (и иногда до сих пор решает) задачи, совершенно аналогичные задачам подстаканников. Но конструктивно от подстаканника отличается принципиально. Финджан зарфы похож на бокал на ножке или на подставку под яйцо. Кофейная чашка вставляется туда сверху, а оперируют такой подставкой с чашкой, держа ее за ножку, как бокал. Русский же чайный подстаканник, как мы все знаем, имеет сбоку ручку. Что позволяет ему эффективно работать со стаканами достаточно большого объема.

Финджан зарфы с ручками сбоку тоже бывают — но они появились позже, в XIX веке. И уже под европейским влиянием — не исключено, что и под русским, тоже. 

В России почти наверняка были знакомы с турецкими подставками под кофейные чашки — наши контакты с Османской Империей в XVIII веке были интенсивными и продуктивными. Так что чисто технически финджан зарфы мог стать источником вдохновения для подстаканника. А мог и не стать — с ничуть не меньшей вероятностью задумка сделать подставку-держалку для горячего стакана могла быть доведена до металла без какого-либо постороннего влияния.

Ответвление второе. В конце XIX и в самом начале XX века (а может и позже) подстаканники часто мелькали в рекламе Кока-Колы. Ничего удивительного в этом нет — в то время Кока-Кола активно искала свой стиль и работала в разной эстетике. А подстаканник премиумизирует стакан, так что при позиционировании Кока-Колы как элемента роскошной жизни пить ее из стакана в подстаканнике было естественно. Но все равно прикольно.

Ответвление третье. Хочу обратить внимание на интересный образец современной чайной рекламы с подстаканником — на рекламу чая казахстанского бренда «Пиала». Ролик так и называется — «Подстаканник». Он идет вразрез с рядом озвученных мной утверждений. Потому что там в поезде в подстаканники вставлены граненые стаканы. И потому что герой временами держит подстаканник только за ручку, не используя подстаканникового хвата. При этом, правда, мне лично кажется, что в своей взрослой ипостаси, особенно в первых кадрах и в профиль, герой оперирует стаканом в подстаканнике немного неуверенно.

Впрочем, как я уже неоднократно отмечал, русскую чайную культуру, равно как и чайные традиции исторически и культурно связанных с Россией стран и регионов, нельзя упаковывать в сколько-либо статичный шаблон. Они — это культура и эти традиции — живые и разнообразные. В них всякое бывает.

Подстаканники и их стаканы. Часть седьмая

Со вкусовыми характеристиками подстаканников со стаканами — то есть с их влиянием на вкусность употребления чая — тоже все предельно просто.

Во-первых (и извините за банальность), эти характеристики полностью зависят от стаканов. Бывают, конечно, подстаканники, которые вмешиваются в вкусо-ароматические ощущения. Например, пахнут. И подстаканники такой конструкции, что могут попасть в рот. И губы такой конструкции, что могут задеть подстаканник. Но я предлагаю такие крайности игнорировать. Хотя… Буквально пара слов.

Пахнуть могут пластиковые подстаканники. Их покупать не надо. И не только из-за возможного запаха. Но еще и из-за возможной деформации при нагревании. Они, конечно, не расплавятся и не стекут. Но заметно увеличиться в размер могут. Это не очень удобно. Конец пары слов.

Во-вторых, вкусовые характеристики стаканов зависят от толщины стенок стаканов. Чем тоньше, тем лучше. Именно этот принцип можно считать определяющим для выбора стакана для подстаканника с чайно-вкусовой точки зрения. 

Я не могу сказать, что чай из тонкостенного стакана принципиально вкуснее чая из толстостенного стакана. Но толстостенные стаканы лишают чаепитие легкости и превращают подстаканник со стаканом в нелепое подобие офисной кружки. А тонкостенные стаканы добавляют чаепитию ажурности — и это важно.

Повторюсь. Чем тоньше, тем лучше. И именно этот принцип в настоящее время при использовании подстаканников практически нигде не соблюдается.

Потому что когда речь идет об использовании подстаканников преимущественно для подачи чая, например в поездах, в дело идут граненые стаканы. Доступность и дешевизна граненых стаканов перевешивают их коническую неподходящесть для подстаканников (следствием которой является повышенная болтучесть), спорную эстетику итоговой конструкции и, тем более, перевешивают толщину стенок.

Когда речь идет преимущественно о презентационном использовании подстаканников, в дело идут хрустальные стаканы. Очень нарядные. Но тоже толстостенные и не очень вкусные.

И только в редких случаях и, подозреваю, часто случайно, в подстаканниках оказываются стаканы тонкого стекла. Я чаще всего встречаю такие стаканы в подстаканниках в сувенирных лавках. Реже — в лавках старьевщиков и антикваров. В живой подаче чая я тонких стаканов в подстаканниках не видел уже давно. 

А ведь именно они доминировали в советских поездах. Не повсеместно — встречались и другие стаканы. Но доминировали. Да и вообще в советском общепите тонкостенные стеклянные стаканы были универсальной нормой. Не в школьных-студенческих-заводских столовых, конечно. И не в армейских — там даже шампанское всегда пили из граненых стаканов. Но в заведениях более или менее чистеньких и сок, и компот и чай чаще разливали по тонким стеклянным стаканам.

А если вернуться в поезда, то просто пересмотрите вагонные сцены из «Самой обаятельной и привлекательной» и «Чародеев». Там только тонкое стекло. «Вокзал для двоих» тоже пересмотрите — там много стаканов просто так, помимо чая — и тоже тонких. Ну и «Спортлото-82», конечно, там в одной из стартовых сцен на стаканах в подстаканниках вообще акцент сделан, там, где ложечка звенит. А в другой сцене, с уничтожением еды, отлично продемонстрированы разные варианты подстаканникового хвата, в том числе и тот, о котором я раньше рассказывал. Много внимания вагонным чаепитиям уделено в «Транссибирском экспрессе» — но там стаканы толстостенные. Бывало и такое, можно не сомневаться. Но, на мой взгляд, толстостенные стакана использовались реже, чем стаканы тонкостенные.

Резюмирую. Стакан тонкого стекла в подстаканнике — это правильно и со вкусо-эмоциональной, и с культурно-исторической точек зрения. Но увы…

Я умом-то понимаю, что граненые стаканы в подстаканники пихают от равнодушия и безысходности. А хрустальные — от бестолковой попытки премиумизировать то, смысла чего не понимаешь. Умом понимаю, но все равно считаю, что пить чай из граненого стакана в подстаканнике — это как хлестаться в бане мокрыми семейными трусами вместо веника. Синими такими, сатиновыми. А пить чай из хрустального стакана в подстаканнике — это тоже как хлестаться в бане вместо веника мокрыми семейными трусами, только дорогими, шелковыми и с красивым принтом…

Ах, да! Пить из тонкого стакана в подстаканнике нужно черный чай с лимоном. Опционально — с сахаром. Пить любой другой чай из тонкого стакана в подстаканнике — пошло и безнравственно. Но это и так понятно.

Вот собственно и все про подстаканники и их стаканы. Остались дополнительные материалы. Завтра.

Подстаканники и их стаканы. Часть шестая

Подстаканник со стаканом может решать две задачи. Задача первая и основная — презентационная. Задача вторая и второстепенная — чайная. В первом случае подстаканник со стаканом должен стоять красиво. Во втором случае из стакана в подстаканнике должно быть вкусно и удобно пить чай.

С решением задачи «стоять красиво» — в рекламе, на натюрморте или в интерьере — у подстаканника со стаканом обычно нет никаких проблем. Красивый подстаканник нужно выбрать на свой субъективный вкус, затем вставить в него не менее субъективно красивый стакан — и проблеме конец. Я бы, конечно, мог повыступать по поводу того, что из высоких эстетических соображений ни в коем случае нельзя вставлять в подстаканник граненый стакан. Но не буду. Мне граненый стакан в подстаканнике кажется совершенно неуместным. Но кому-то, возможно, представляется стилистически безупречным. Всякое бывает. На вкус и цвет все стаканы разные.

А вот о чайной функциональности подстаканников со стаканами мне есть что сказать. Как уже было отмечено выше, функциональность эта определяется удобством и вкусностью.

Если мы посмотрим на старые подстаканники, особенно на дорогие, то на многих из них обнаружим специальную нахолобучку, приделанную на ручку сверху. Нахлобучка эта называется полкой и нужна она для того, чтобы ставить на нее большой палец для более удобной фиксации подстаканника в руке.

В относительно современных подстаканниках таких полок почти нет. Я вижу в этом эволюцию подстаканниковой эргономики. Которая заключается в том, что для подстаканников был разработан специальный подстаканниковый хват, который сделал полку ненужной.

Подстаканник с полкой на ручке нужно держать так, как мы сейчас держим офисную кружку, положив большой палец на ручку сверху. У большинства подстаканников ручка была достаточно узкой, просто так положить на нее большой палец было неудобно — вот и решили сделать полку.

Ну а дальше я перехожу в область предположений.

Полка, делая более надежным хват подстаканника, не решает другую подстаканниковую проблему — болтающийся стакан. Нет, конечно, каждому подстаканнику можно подобрать стакан, который в нем будет фиксироваться достаточно жестко и не будет смещаться при наклоне подстаканника во время глотка. Но, во-первых, такой жестко зафиксированный стакан не всегда удобен в уходе. Его может быть банально сложно вытаскивать для мытья. И, во-вторых, с учетом того, что в массовом производстве и использовании все стаканы и подстаканники получаются немного разными, оставить небольшой люфт между стаканом и подстаканником просто рационально. Чтобы, в идеале, любой стакан можно было ставить в любой подстаканник.

Разница между внутренним диаметром подстаканника и внешним диаметром стакана составляет в среднем от 2 до 6 миллиметров. И этих миллиметров вполне хватало для того, чтобы подстаканник немного болтался в стакане. Пока подстаканник стоит на столе — это не проблема. А вот когда из него начинают пить чай, этот люфт создает некоторые неудобства. 

Поэтому люди довольно быстро приноровились держать подстаканник особым подстаканников хватом. При котором четыре пальца держат ручку подстаканника, а большой палец фиксирует стакан, не давая ему смещаться при наклоне подстаканника. Просто упираясь в стакан сбоку. Или накрывая верхний край стакана и придерживая чайную ложечку с особым шиком.

Я допускаю, что во времена распространения подстаканников с полками подстаканниковый хват противоречил каким-либо этикетным правилам. Но я таким этикетам не обучен.

Так или иначе и как я уже отмечал, подстаканниковый хват стал часто использоваться при питье чая из стакана в подстаканнике — и сделал полку на ручке подстаканника немного лишней.

Такая вот смелая гипотеза.

Подстаканники и их стаканы. Часть пятая

Итак. В предыдущих четырех частях я договорился до того, что подстаканники в русской чайной культуре XIX и большей части XX века занимали довольно специфическую нишу. Они редко встречались в чайной повседневности, но использовались в поездах, иногда мелькали на статусных чаепитиях и были самостоятельным арт-объектом. А также часто оказывались на чайных натюрмортах — потому что они красивые. И в чайной рекламе. Предполагаю, что по той же причине.

Подстаканники мелькают в рекламе чая, железных дорог, гигиены и здорового образа жизни, сахара и самих подстаканников — и все это понятно, предсказуемо и даже немного скучно. Вернее, было бы скучно, если бы, как водится не было нюанса. 

Если, например, взять только рекламу чая — как наиболее органичную для подстаканников — то довольно быстро обнаружится любопытная диспропорция. Если сравнивать чайную рекламу дореволюционной России и чайную рекламу Советского Союза, то окажется, что советской рекламы с подстаканниками в открытом доступе заметно больше.

Можно, конечно, допустить, что дореволюционная реклама с подстаканниками еще не оцифрована. И что архивы завалены, на самом деле, дореволюционными рекламными плакатами и газетной рекламой с подстаканниками. Оставим дореволюционным подстаканникам такой шанс. Не жалко.

Но пока я нашел только одну дореволюционную чайную рекламу с подстаканником. Это постер чая Поповых. И одну чайную рекламу из эмигрантской русской прессы, которую предлагаю тоже считать дореволюционной.

Обе эти рекламы транслируют чайную русскость на зарубежную в той или иной степени аудиторию. Особенно прекрасен в этом смысле постер Поповых. Потому что там, кроме подстаканников, есть самовар, зима, русская национальная одежда, включая кокошник, тройка и силуэт церкви. Ну то есть полный набор русского экспортного лубка. 

В советской чайной рекламе подстаканников… ну, не то чтобы очень много. Но больше, чем в рекламе дореволюционной. Причем и в чайной рекламе, и в рекламе всякого разного остального. Сувениров, туров, сахара и так далее. И рассчитанной как на внутреннего, так и на внешнего потребителя. В постсоветской чайной рекламе регулярное использование подстаканника продолжилось. И, в той или иной степени, продолжается до сих пор.

Я готов сделать осторожный вывод (для неосторожного мне не хватает данных) что и в дореволюционной, и в советской рекламе подстаканник использовался как символ статусного и роскошного русского чаепития. Причем в советское время такая символическая функциональность подстаканника была заметно сильнее, чем в в дореволюционное. Косвенно это подтверждает и более частое присутствие подстаканников на советских чайных натюрмортах.

Пора подводить итоги.

Во-первых. Подстаканники никогда не были элементом массовой русской чайной культуры в силу высокой цены, относительного неудобства и стратегической бытовой бессмысленности.

Во-вторых. Подстаканники стали в России самостоятельным арт-объектом и заняли в русской бытовой культуре специфическую нишу, став непременным атрибутом железнодорожных чаепитий. И иногда появляясь на выпендрежных чаепитиях.

В-третьих. Подстаканники стали визуальным маркером высокоранговых русских чаепитий. Формирование этой маркерности началось еще до революции, но в полной мере символом русского чаепития подстаканник стал в Советском Союзе. Очень ценю примеры такой преемственности с развитием.

В-четвертых. Символическая роль подстаканников в русской чайной культуре не пропорциональна их реальной роли. Что, кстати, обычное дело. Гейши с чайниками и этажерки с закусками в соответствующих чайных реальностях встречаются гораздо реже, чем в символическом чайном пространстве Японии или Великобритании.

В-пятых. Современное использование подстаканников для чаепитий за пределами железной дороги — это, прежде всего, перформанс. Пить чай из стакана с подстаканником — это все равно что ходить в кокошнике. В поезде (для подстаканников) или на костюмированном мероприятии (для кокошника) — естественно. В других ситуациях — либо чистый выпендреж, либо визуальная декларация. Своей русскости и/или советскости, например.

После всего перечисленного я, наконец, могу выйти на тему, ради которой затевал всю эту подстаканниковую историю. На тему адекватной функциональности современных подстаканников. Вернее — адекватных функциональностей. Потому что их у подстаканника две.

Но об этом — в другой раз.

Варка-82 и соль

Если прошерстить интернет, в том числе и японский, на предмет информации о характеристиках стадий кипения воды в японской чайной культуре, то почти неизбежно наткнешься на следующий список ярких образов.

蚯音（きゅうおん) — «звук дождевого червя», совсем тихий звук, сопровождающий начало нагрева воды. 蟹眼（かいがん) — «глаза краба», первые маленькие пузырьки воздуха в воде. 連珠（れんじゅ) — «нитки жемчуга», пузырьки воздуха, поднимающиеся вверх цепочками. 魚目（ぎょもく) — «рыбьи глаза», относительно крупые пузырьки воздуха на поверхности воды. 松風（しょうふう) — «ветер в соснах», вода в чайнике начинает шумать, подобно ветру в соснах.

Последняя стадия стадия кипения воды считается идеальной. Если ее упустить, то наступит «тишина» (無音) — и чай такой водой заваривать уже нельзя.

Авторство этих образов и время их формулировки в том виде, который обычно используется сейчас — вопрос отдельный, сложный и интересный, к нему я вернусь чуть позже. Сейчас же я хочу обратить внимание вот на что.

Наши японские чайные братья, превратив три луюевских стадии кипения воды в шесть своих, довели наблюдение за закипающей водой для чая до абсурдного совершенства. Ну то есть до такого состояния, когда ты сначала очень сильно впечатляешься деталями, а потом вдруг понимаешь, что к делу — в данном случае к завариванию чая — большая часть этих деталей не имеет никакого отношения. Вот если бы речь шла о заваривании разных чаев на разных стадиях кипения — тогда да. А когда нагорожен целый огород образов, а потом сообщается, что чай надо заваривать только на шуме сосен, возникают неловкие вопросы. Все эти образы — это как сообщение о том, что по мере нагревания воды она сначала нагреется до сорока градусов, потом до шестидесяти, а потом до девяноста — ту-то и надо заваривать.

С точки зрения реального заваривания чая из перечисленных пяти или шести стадий-образов рациональный смысл есть только у одной. У шума ветра в соснах. Потому что эта стадия — стадия конкретного действия. Все остальные стадии — это стадии созерцания.

И здесь будет уместно снова вспомнить Лу Юя. В «Каноне чая», напомню, выделены три стадии кипения воды. Третья стадия (бурлящие волны) — это перекипевшая вода, она уже не нужна, поздняк метаться. Вторая стадия (нитки жемчуга) — это стадия добавления чая хитрым луюевским способом. Первая стадия (глаза краба) — это стадия добавления соли. 

Ну то есть все три луюевские стадии кипения воды имеют четкий рациональный, можно даже сказать рецептурный смысл — это стадии действия или бессмысленности действия. Первая стадия — соль. Вторая стадия — чай. Третья стадия — стыд, позор и издевательства.

Когда из процесса приготовления чая ушла соль, первая стадия кипения воды рациональный смысл утратила — потому что делать с глазами краба ничего не надо, нужно просто смотреть на них, радоваться и ждать второй стадии, чтобы заварить чай. Глаза краба сохранили некоторый сигнальный смысл, ну типа когда они появились, надо приготовиться и не проворонить нити жемчуга. Но это так себе рационализация. Потому что в нормальных условиях после первой стадии кипения воды неизбежно настанет вторая, ты почти никак на это не повлияешь. У этой второй стадии есть четкий маркер. И задача того, кто заваривает чай — эту стадию просто не упустить. Заранее готовиться к этому особенно не надо.

Это очень важный момент, как мне кажется. Три стадии кипения воды у Лу Юя были описаны для приготовления чая с солью. Если бы при Лу Юе соль в чай не добавляли, не известно, появились бы в «Каноне чая» глаза краба.

Теперь давайте снова вернемся к японской цепочке «звук дождевого червя» — «глаза краба» — «нитки жемчуга» — «рыбьи глаза» — «ветер в соснах» — «тишина». Почти полностью бессмысленна она только с точки зрения приготовления чая. А вот с точки зрения описания стадий кипения воды она весьма точна и хорошо понятна. Можно, конечно, предположить, что в Японии вода кипит не так как в Китае. И Лу Юй ничего подобного не наблюдал. Но мне более вероятной кажется следующая ситуация.

Наблюдать стадии кипения воды и называть их красивыми словами Лу Юй мог не хуже японцев. Но в «Каноне чая» он отметил только те стадии кипения воды, которые имеют смысл с точки зрения осуществления конкретных действия при заваривании чая. Его глаза краба, нити жемчуга и бурление волн — это не самоценные описания стадий кипения воды, а часть инструкции. Настолько четкой, насколько это было возможно в луюевские времена.

На неописательность текста Лу Юя косвенно указывает отсутствие в нем каких-либо упоминаний реакции закипающей воды на добавление соли. Если бы задача Лу Юя состояла в том, чтобы описать процесс, он бы едва ли этот эффект проигнорировал. Но он проигнорировал — его интересовали только действия.

Ну а потом произошел совершенно обычный отрыв постепенно сакрализируемого и романтизируемого знания от реальности. Стадии кипения воды превратились в самостоятельную ценность, обросли поэтическими деталями, проигнорировали отказ от соли и, в конечном счете, превратились в что-то подобное японской цепочке образов, которая начинается с червей и заканчивается тишиной.

Впрочем, с этой цепочкой тоже все не очень просто. Причем не только с точки зрения уже отмеченных нюансов происхождения, но и с точки зрения рациональности.

---

Ежедневные чайные новости в Telegram и в Max.