В двух предыдущих постах («Красивый чайный тупик», «Чайные клоуны, гуру, эксперты и сказочники») я сформулировал принципы, на которых может строиться эффективная работа специалиста в сфере потребительской чайной культуры. Все эти принципы проистекают из предположения о том, что продажа чая и чаепитий часто является продажей впечатлений и идеально вписывается в парадигму экономики опыта (или экономики впечатлений). Для высокорангового чайного специалиста, работающего в потребительской чайной культуре, были предложены четыре продуктивные профессиональные роли («гуру», «клоун», «эксперт» и «сказочник»), из содержания которых без особого труда можно перейти к созданию проекта учебного плана профессионального чайного образования.

Однако прежде чем фантазировать на образовательные темы, нужно ответить на простой вопрос — какова цель профессиональной подготовки высокоранговых чайных специалистов? Или если все совсем упрощать, для чего нужны все эти «гуру», «клоуны», «эксперты» и «сказочники» не самим себе, а чайной культуре и чайной индустрии в целом?

Ответ можно смело искать в кофе и алкоголе, создавших внутри себя крайне эффективный институт суперпотребителей, которые в маркетинговых целях считаются профессионалами. Речь, конечно, идет о бариста, сомелье, Q-грейдерах, кавистах и других винных и кофейных специалистах. Несмотря на то что все эти специалисты производят большое количество разнообразных действий, их основная миссия состоит в том, чтобы красиво и убедительно потреблять напитки. И, конечно, выполнять все остальные функции, связанные со статусным потреблением: создавать моду, быть лидерами мнений, давать комментарии, вести публичные дискуссии, писать обзоры, красиво снобить и постоянно придумывать новые способы и стили потребления.

Фактически суперпотребители являются основными культуртрегерами потребительской культуры. Их деятельность в винной и кофейной теме настолько эффективна, что, работая с очень небольшими рыночными сегментами (спешиалти кофе и файн вайн — и сейчас совершенно не важно, что точно означают эти термины), они создают полезную иллюзию того, что именно эти сегменты являются на кофейном и винном рынках самыми важными. Впрочем, иллюзорна в их работе только количественная значимость для рынка. Все остальное — огромный пласт тематической информации, рынок сопутствующих услуг, постоянные инновации и готовность их оперативно тестировать в попытке найти собственную «дверь в лето» — делает суперпотребителей реальными драйверами алкогольного и кофейного рынков. Их деятельность — и реальная, и иллюзорная — полезна всем, включая крупных производителей массовых продуктов.

Так вот. Высокоранговые «чайники» как явление имеют смысл для чайной культуры и чайного рынка только в том случае, если они начнут выполнять в чае ту же функцию суперпотребителей, что выполняют в кофе и вине сомелье, бариста, кависты и другие замечательные люди.

Нет никаких оснований предполагать, что прослойка чайных суперпотребителей возникнет самостоятельно. Для этого нужны институциональные инвестиции, благодаря которым статус и профессиональный уровень чайных суперпотребителей можно будет целенаправленно завышать. Источником таких вложений может стать только крупный чайный бизнес и чайные ассоциации крупных чаепроизводящих стран — и первые примеры таких инвестиций (Tea Masters Cup, Dilmah Real High Tea) дают основания надеяться на то, что стабильное и продуктивное сообщество суперпотребителей появится и в потребительской чайной культуре.

Как раз для функционирования в роли креативного и немного бандерлогского субстрата, способного подхватывать любые идеи и превращать микротренды в полноценные тредны, и нужно готовить чайных суперспециалистов широкого профиля.

Без прослойки суперпотребителей развитие чайного рынка будет разочаровывающей последовательностью упущенных возможностей — и на этой оптимистической ноте можно вернуться к содержанию чайного образования.

* * *

Чайное образование по своим целям и задачам очень четко делится на три типа: развлекательное чайное обучение, подготовка предметных чайных специалистов и подготовка чайных специалистов широкого профиля. При этом только подготовка чайных специалистов широкого профиля связана с парадигмой экономики опыта и в контексте данного цикла статей наиболее интересна. Однако для полноты картинки целесообразно описать и два других типа чайного образования.

Развлекательное чайное обучение предназначено для людей, которые «захотели разобраться в чае», «интересуются чайной культурой» или движимы какими-либо другими мотивами, всю совокупность которых можно охарактеризовать грубоватым «скучно и делать нечего». Содержание развлекательного обучения может быть любым — от простого и немудреного знакомства с несколькими чаями конкретного продавца до изучения чаев из определенного региона с выездом в сам этот регион. Его могут вести специалисты очень высокого уровня, оно может проходить на отличной технической базе и касаться вполне профессиональных аспектов работы с чаем. Для развлекательного чайного обучение вообще характерна мимикрия под профессиональное обучение, часто очень убедительная. Вплоть до появления иллюзий у выпускников чайных школ — разочаровывающих или воодушевляющих, тут уж как повезет.

Развлекательное чайное обучение — это очень важный сегмент чайной культуры и чайного рынка. Помимо воспитания потребителей, оно популяризирует чай и чайную культуру и довольно часто дает работу высокоранговым чайным специалистам. Развлекательное обучение является отличной сферой приложения усилий для чайных клоунов и чайных гуру. Сказать, что развлекательные чайные школы сейчас процветают, конечно, нельзя — тем не менее и камерные чаепития-лекции в студенческих кампусах, и чайные путешествия в Индию, Китай и далее по списку находят своих потребителей.

Предметные чайные специалисты — это (извините за банальность) специалисты, непосредственно работающие с чаем. Все вместе они работают с ним в очень широком диапазоне действий, от простой продажи до совсем непростого купажирования. При этом каждый конкретный предметный специалист является профессионалом в достаточно узкой теме — в общем, стандартная ситуация для современного специализированного мира. С точки зрения профессионального чайного образования объединение в одну группу столь разных по функциональности, знаниям и квалификации специалистов, как продавцы, специализированные официанты, ведущие чайных церемоний, титестеры, блендеры и т.д., обусловлено вполне веской причиной. Дело в том, что обучение всех этих специалистов эффективнее всего проводить непосредственно на месте их работы и самым традиционным ремесленным методом, известным как наставничество.

Нет никакого смысла посылать начинающего продавца, официанта или ведущего чайных церемоний в специализированную чайную школу. Ведь для эффективной работы ему нужно знать конкретный ассортимент, обладать стандартными и универсальными профессиональными навыками и быть готовым применять их в конкретных условиях. Титестеров и блендеров крупные чайные компании давно уже готовят самостоятельно и тоже с очень большим акцентом на конкретные задачи. Исключения, конечно, бывают — но в массе своей с подготовкой предметных чайных профессионалов отлично справится их непосредственное руководство, изредка привлекающее сторонних экспертов, которые легко адаптируют свои знания к ассортименту и задачам компании-заказчика.

В роли таких экспертов, конечно, могут выступать чайные специалисты широкого профиля. Которые, повторимся, действуют в парадигме экономики опыта, способны стать лидерами потребительской чайной культуры и отрабатывают минимум четыре роли: эксперта, гуру, клоуна и сказочника.

С очень большой степенью вероятности чайный суперпрофессионал широкого профиля разовьется из предметного чайного специалиста. И даже сохранит базовую профессиональную деформацию, как Наполеон с артиллерией — просто получит возможность добиваться с ее использованием гораздо больших результатов (чем простой офицер-артиллерист, если продолжать исторические аналогии). Для того чтобы это развитие произошло, к уже имеющимся предметным компетенциям специалиста нужно добавить широкий профессиональный кругозор и развитые навыки социальных коммуникаций и работы с информацией. Необходимость развитых коммуникационных навыков для профессионального роста, кстати, убедительно продемонстрировало проведенное в марте 2019 года исследование чайных и кофейных специалистов (см. «Функциональная демография кофейных и чайных специалистов», КиЧ 5/2019).

Вот предварительный список знаний, умений и навыков, способных превратить предметного специалиста в суперпрофессионала широкого профиля:

  • Презентационные технологии.
  • Навыки публичного выступления, в том числе и артистические.
  • Управление сообществами.
  • Содержание работы актуальных чайных специалистов.
  • Потребительские чайные традиции разных стран и сообществ и способы их воспроизведения.
  • Эффектная работа с чаем и чайной посудой.
  • Событийный менеджмент.
  • Технологии сбора, обработки и анализа информации.
  • Принципы работы с научными публикациями.
  • Чайный сторителлинг.
  • Принципы работы чайного рынка на всех уровнях, от микробизнесов до индустрии.
  • Фотографирование чая.
  • Актуальные чайные тренды и микротренды.
  • Информационное чайное пространство, включая литературу, периодику и значимые сообщества.
  • Чайная гастрономия.
  • Создание текстового и видео-контента и управление им.
  • Организация чайного обучения, в том числе развлекательного.
  • Создание экспертных комментариев.

В принципе, любой мало-мальски грамотный методист легко превратит этот список в рабочий учебный план — вот только в том, что в обозримом будущем появятся чайные школы с такой учебной программой, верится с большим трудом. Но в качестве индивидуальной программы профессионального развития приведенный список вполне подходит.

Она, конечно, выглядит немного заумно и перегружено — но тут есть сразу два нюанса. Во-первых, только выглядит. На самом деле, в ней нет ничего сложного. Не сопромат, поверьте. Во-вторых, высокоранговый чайный специалист — это штучный товар, в отличие, например, от бариста, на которых есть массовый спрос. Так что с чайника и спрос больше. Замечу, кстати, что при обработке результатов упомянутого уже выше исследования мы обнаружили, что среднестатистический чайник тянет на себя примерно в два раза больше профессиональных функций, чем среднестатистический кофейщик («Профессионалы кофе и чая: первый взгляд», КиЧ 3/2019). Что и намекает, и обязывает.

Следует также отметить, что превращение чайного специалиста в суперчайника широкого профиля не должно исключать совершенствования в базовой специализации — той, с которой специалист вошел в профессию. Долги молодости нужно возвращать всегда. Кроме того, это просто рационально — уметь делать все, но что-то одно делать просто блестяще.

Что вы говорите? В примерном плане чайного образования нет специализированных чайных знаний типа заваривания чая, его истории, видов, технологии производства и всего того прочего, о чем обычно рассказывают в развлекательных чайных школах? Ну извините. В 2020 году все базовые чайные знания можно получить самостоятельно из открытых (и часто бесплатных) источников самостоятельно и на вполне достаточном для работы в потребительской чайной культуре уровне. Заодно можно будет подкачать навыки работы с информацией. Если же в процессе самостоятельного получения чайных знаний будущий чайный специалист получит некоторое количество недостоверной или неточной информации или станет носителем каких-либо заблуждений — ничего страшного, работать все это ему не помешает.

Потому что профессиональное развитие — это последовательная смена заблуждений. Да и вообще. Врун, болтун и хохотун, считающий l-теанин нейромедиатором, скорее всего будет в нашем деле гораздо успешнее зануды, точно знающего, что l-теанин нейромедиатором не является, и стремящегося всем об этом рассказать подробно и при любом удобном случае.

* * *

Завершая цикл небольшой, но цикл публикаци о чае в экономике опыта (раз, два, ну и этот пост), хочу отметить следующее.

Во-первых, идея о том, что впечатления и опыт могут быть желанны настолько, что к ним можно стремиться, стара как мир. Но в прошлом яркие позитивные переживания были доступны немногим, а в последние десятилетия стали массовыми — что, собственно, и позволяет говорить об экономике впечатлений как об экономике.

Во-вторых, в наследство от тех времен, когда яркие впечатления были удовольствием элитарным, нам досталась масса толковых размышлений о привлекательности переживаний. Так, например, согласно философской теории модерна, наиболее глубокими, сложными и интересными переживаниями являются переживания эстетические. Проще говоря, красота — это круче, чем грубая стимуляция психоактивными веществами или протяжный матерный крик восторга, издаваемый при сбегании с крутого холма босиком.

В-третьих, согласно кантовской эстетике, идеальное переживание прекрасного — это удовольствие без обладания. И вот это уже очень близко к чаю, который, в силу своей легкости, гастрономической слабости и вкусовой нестабильности, отлично вписывается в такое необладание. Мы ничего не получаем от чая — ни яркой вкусняшки, ни гарантированного опьянения — только красоту. И для нас как для специалистов, работающих в сфере потребительской чайной культуры, есть только две суперзадачи.

Не испортить эту красоту своими корявыми руками (и суждениям) и научить людей получать от этой красоты настоящее удовольствие.

Первая публикация: «Кофе и Чай в России», №6, 2019.